Владимир Высоцкий. Форум.

Живая жизнь. Живое общение.
Текущее время: 16 окт 2018, 10:50

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 73 ]  На страницу 1, 2, 3, 4, 5 ... 8  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 13:53 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Лев Черняк предлагает нашему вниманию серию своих бесед с участниками и гостями легендарного бардовского концерта в Политехническом музее, состоявшегося 5 апреля 1966 года.

В 1998-м году бывший автор Райкина Александр Кусков подарил мне неизвестную на тот момент фотографию, на которой был запечатлён Высоцкий с Анчаровым. На обратной стороне снимка была пометка «Политехнический музей». Кусков уверял меня, что он когда-то знал фотографа, сделавшего этот снимок, и даже подсказал мне, что найти его поможет Евель Бащинский, который также работал для Райкина в своё время. Но тогда из-за обилия информации в моей голове это всё отодвинулось на задний план, хоть я тогда и встречался с Бащинским. И вот уже в 2009-м году, когда я готовил к опубликованию свои наработки по теме «Высоцкий и Райкин», мне снова пришлось обращаться к Бащинскому для сверки текста, и я решил затронуть вопрос относительно некоего фотографа из Политеха, после чего мне был предоставлен номер его телефона.

Гущин Геннадий Александрович (род. 08.08.1940)

Лев Черняк: Геннадий Александрович, у меня есть такая информация, что Вы фотографировали Высоцкого в Политехе.
Геннадий Гущин: Ну, это очень давно было.
ЛЧ: Соответственно.
ГГ: Я понимаю, но просто мне найти негативы очень сложно.
ЛЧ: Вы знаете Олега Чумаченко?
ГГ: Ну, это очень давно было, когда в молодости мы собирали, приглашали бардов и прочих. Он, по-моему, Чумаченко, был одним из главных организаторов.
ЛЧ: Совершенно верно, да!
ГГ: Я немного в курсе этого. Я любительски снимал…
ЛЧ: Да теперь это уже неважно.
ГГ: Я понимаю. Где-то есть несколько кадров.
ЛЧ: У меня есть, я надеюсь, Ваша фотография. На ней Высоцкий с Анчаровым.
ГГ: Моя фотография?
ЛЧ: Я надеюсь, что Ваша. Вы дарили Кускову такую фотографию.
ГГ: А-а-а! Кускову? Я тогда, да, дарил.
ЛЧ: А потом, вроде такого же плана есть ещё фотки, недавно появились, но они от Чумаченко.
ГГ: Ну, есть он (Высоцкий) возле микрофона, я помню…
ЛЧ: Ну, Вы ж могли ему давать?
ГГ: Нет, Чумаченко я точно не давал. Кускову я давал тогда. Была ещё певица… я забыл…
ЛЧ: Матвеева?
ГГ: Да, Матвеева!
ЛЧ: Да, он рассказывал мне, как Вы давали ему и её фото.
ГГ: Там был у меня достаточно выразительный портрет. Я не знаю, что я Вам могу обещать… если я в архив влезу и обнаружу эти негативы…
ЛЧ: Вы своих фотографий нигде не встречали опубликованными?
ГГ: А я с Интернетом не связан по принципиальным неким соображениям.
ЛЧ: Вы фотограф-любитель, у Вас нет соответствующего образования?
ГГ: Нет, я художник, я вообще скульптор и прочее… член союза, поэтому это у меня параллельно идёт, как бы занятие такое. А так, профессионально я не занимаюсь фотографией.
ЛЧ: То есть, это хобби у Вас, можно считать так, да?
ГГ: Ну, можно так сказать.
ЛЧ: А при Политехе Вы были в штате или как?
ГГ: Нет, у нас была группа «Молодость», там несколько человек было, которые собирали бардов на эти вечера. Лично я приглашал Волшанинову.
ЛЧ: Раду?
ГГ: Да, Раду. Такого рода деятельность. Были какие-то там просветительские вечера… я не всё знаю. Но всё это в течение полутора лет существовало, потом всё это распалось по каким-то причинам.
ЛЧ: А Чумаченко входил в эту группу?
ГГ: Чумаченко там действовал по таким дружеским и приятельским контактам, он был там параллельно. Я с ним в плотном контакте не был. Но я помню, что он был.
ЛЧ: Но это не Ваша компания?
ГГ: Нет, не моя.
ЛЧ: Тогда ясно!
ГГ: Там были ещё другие люди.
ЛЧ: А эти «другие люди» тоже принимали участие в организации конкретного вечера, в котором Высоцкий был?
ГГ: Вот это я не могу сказать. Может быть, и нет.
ЛЧ: А конкретно Ваша роль в чём заключалась?
ГГ: Моя роль была произвольная… вполне возможно, что был один человек, но я не уверен… он счас в Америке и болен очень. Вот у него могла бы быть запись этого вечера. Но до него не доберёшься.
ЛЧ: Это кто?
ГГ: Борис Гинзбург такой был. Он был физик-техник. Но я не уверен, что это с ним связано. Скорее, это кто-то ближе к Чумаченко, кто организовывал. А я просто снимал там, сидя в первых рядах.
ЛЧ: По собственной инициативе снимали?
ГГ: Да, по собственной инициативе.
ЛЧ: Для себя, да?
ГГ: Для себя. Просто жалею, что мало это снимал, поскольку было мало плёнки, мало кадров. Там был и Анчаров у меня где-то, и Клячкин, и Кукин – там есть такие…
ЛЧ: Совершенно правильно, да! Они как раз присутствовали. Вы не помните, кроме Вас на этом вечере ещё кто-то снимал?
ГГ: Нет, это я совершенно уже не могу сказать… сомневаюсь. То есть, я не могу это сказать, так как зрителей было очень много! А вот среди наших людей я не помню никого.
ЛЧ: То есть, из Вашей компании снимать только Вы могли?
ГГ: Из моей компании точно я. Но я не со всеми был тесно связан. Но так – просто слушали выступающих, и всё, особо не снимали.
ЛЧ: Вы помните, кто этот вечер вёл?
ГГ: Нет, это не помню. Может, у меня где-то на плёнке есть, кто был ведущий.
ЛЧ: То есть, Вы какие-то записи ещё делали, получается, да?
ГГ: Нет, просто на самой плёнке. Я как снимал по инерции… и поскольку у меня есть чувство времени, то я понимал, что надо снять это время, эту группу людей, которая тут собралась. Но кто вёл – я сейчас не помню.
ЛЧ: Ведущий был Островский, это я Вам сразу скажу. Чумаченко такие интересные вещи рассказывал, что где-то есть такой кадр, на котором Островский, схватившись за голову, убегает, потому что он увидел, что поют похабщину, как ему казалось по тем временам. Есть якобы такой кадр вызывающий.
ГГ: Такого не помню.
ЛЧ: А Вы ещё где-то Высоцкого снимали?
ГГ: Нет, только там.
ЛЧ: Вы своих личных дневников не вели, случайно?
ГГ: Нет.
ЛЧ: Только на негативах может что-нибудь записано?
ГГ: Ну, вот, я Вам сказал, несколько есть кадров, где он, причём, совсем немного.
ЛЧ: А Вы плёнки храните в свёрнутом виде или порезанными?
ГГ: Порезанными.
ЛЧ: А запись этого концерта не проходила через Вас?
ГГ: Нет.
ЛЧ: Вы не знаете, как выйти на радиста, который писал всё это дело?
ГГ: Нет, я этого ничего не знаю. Если бы я знал, я тут же бы Вам сказал.
Наша группа была человек, наверно, 10. Но они немножко расслаивались.
ЛЧ: Но как Кусков мне рассказывал, эта группа, (если мы с Вами говорим об одном и том же) состояла из художников, скульпторов и научных работников.
ГГ: Да! Более того, я там делал даже такие пригласительные билеты, им рисовал. У меня сохранились какие-то.
ЛЧ: Так, может быть, у Вас с этого концерта осталась афиша и билеты?
ГГ: Нет, афиши точно нет. А билет вряд ли есть на этот вечер.
ЛЧ: А на что Вы снимали тогда?
ГГ: На «Зенит». Один из первых образцов. Он у меня даже с телевиком был, по-моему… сейчас не могу вспомнить. Был ещё в Политехе Лёня Коган.
ЛЧ: Да, был!
ГГ: С ним какие-то проблемы были финансовые.
ЛЧ: И из-за этого он мог пострадать?
ГГ: Мог. И мы с ним расстались в этой ситуации.
ЛЧ: Мирно расстались?
ГГ: Вполне мирно. Просто люди уже не собирались: кто-то что-то запретил. А меня интересовала чисто творческая сторона. Я помню, с Волшаниновой была очень некрасивая ситуация. Я поехал в «Ромэн», познакомился с ней, она меня пригласила на спектакль. И потом мы вечером после спектакля поехали в Политехнический, и там они устроили потрясающий концерт с мужем. Но самое удивительное, что мне-то ничего не сказали, что это шефский концерт! И они думали, что у них оплата будет. И вдруг им говорят, что ничего им не будет. Я в шоке был! И говорю: «Лёнь, ты что вообще! Ну, давай, соберём по залу деньги!» Он мне: «Да ты что, с ума сошёл…», и всё такое.
ЛЧ: А это было тоже в эти годы?
ГГ: Это всё тогда и было.
ЛЧ: «Ромэн» тогда уже в «Советской» был?
ГГ: Да, в «Советской». Я-то свою миссию выполнил, и думал, что и тут всё будет чисто и честно.
ЛЧ: И Волшаниновы обиделись, да?
ГГ: Они обиделись, да. Я помню, потом Волшанинов приходил в кассу Политеха и я с ним сталкивался там.
ЛЧ: А вот, например, политеховские вечера бардов не оплачивались, я точно знаю со слов самих участников!
ГГ: Это всё правильно. Но они были как актёры приглашённые, концерт был шефский, значит, они знают лимит этих номеров. И они у нас так оторвались – зал гудел просто!
-------------------------------------------------------------------------------------------------------
после получения фотоплёнки
ЛЧ: У Вас не может оказаться ещё одна плёнка с этого вечера?
ГГ: Нет, только эта.
ЛЧ: А может быть, в конце предыдущей плёнки было что-то отснято?
ГГ: Нет, там есть 37 кадров, и больше ничего нет!
ЛЧ: У Вас была определённая традиция: одна плёнка – один концерт, так?
ГГ: Тогда такого не было, это были достаточно стихийные вещи. Когда организовывался этот журнал «Молодость», это всё было неожиданно, после оттепели, и было просто приятно пригласить этих людей. А так, чтобы фиксировать это, как теперь бы стали уже это делать – такого не было. Ну, вот я случайно оказался связанным с фотографией, поэтому снимал безответственно, по собственной прихоти.
ЛЧ: То есть, одна плёнка, и всё?
ГГ: Да, больше ничего нет.
ЛЧ: А бывало такое, что Вы снимали сразу на два фотоаппарата?
ГГ: Нет! Откуда? У меня был один «Зенит»!
ЛЧ: Ваш личный?
ГГ: Ну, да. С «Индустаром». Потом у меня телевик появился. Там некоторые крупные планы, вот, Высоцкий – может, я телевиком снимал. Но я уже в этом не уверен.
ЛЧ: А Вы снимали только на узкую плёнку, да?
ГГ: Да, широких у меня не было.
ЛЧ: И сами проявляли всё?
ГГ: Ну, да.
ЛЧ: А надпись на обёртке от негативов Вы сделали сразу же или какое-то время спустя?
ГГ: Это сразу.
ЛЧ: То есть, как проявили плёнку – упаковали и написали, да?
ГГ: Тогда – да. Тогда я это делал сразу!
ЛЧ: А почему Вы точную дату не написали, только год и всё?
ГГ: Точную дату?..
ЛЧ: Или Вы тогда к этому относились не так?
ГГ: Совершенно верно! Это теперь надо более щепетильно ко всему относиться, а тогда – нет. Тогда казалось, что всё впереди, и это только начало.
ЛЧ: Понимаете, почему я так колебаюсь? Потому что есть другие ракурсы такого же почерка, понимаете? Может, их снимал ещё один человек…
ГГ: Вполне возможно!
ЛЧ: Но больно уж Ваш почерк!
ГГ: Нет, что у меня есть, то есть. Что именно там, на тех кадрах?
ЛЧ: Там есть общие планы, снятые вкось – весь ряд участников, когда они сидят на стульях, и есть другие ракурсы выступающих.
ГГ: А кто именно, какие там персонажи?
ЛЧ: Клячкин, Городницкий, причём, снятые сзади!
ГГ: У меня ничего нет, я всё перерыл. Если бы было, я бы тоже отдал! Это исключено. Значит, кто-то рядом сидел за спиной или где-то там… это обычное дело.
ЛЧ: Ну, в общем, да.

компиляция из бесед
2009-2010

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 13:58 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Межевич Дмитрий Евгеньевич

Лев Черняк: Вы мне как-то говорили(1) о бардовском вечере, который состоялся в Политехе в 66-м году…
Дмитрий Межевич: Это было 05-го апреля 66-го года.
ЛЧ: А Вы как туда попали?
ДМ: Меня пригласили.
ЛЧ: А где Вы в это время были?
ДМ: В Щукинском. Второй курс я заканчивал.
ЛЧ: Высоцкого Вы тогда ещё не знали?
ДМ: Нет, лично не знал.
ЛЧ: Вы его видели первый раз?
ДМ: Нет, не первый раз. Первый раз я его увидел в 60-м году, где-то в мае, я пытался поступать во МХАТовское училище и приходил туда на консультации, и я его запомнил – невысокого роста парень, рыженький. Яловича я запомнил, они как-то в одной компании были… ещё какие-то студенты… Володя был с юмором, чего-то острил. И мне запомнилась его внешность. Но если бы потом он не стал Высоцким, скорее всего я бы о нём забыл. Мало ли кого там можно было видеть! Второй раз я его увидел в 64-м году на «Мосфильме». Чухрай ставил фильм «Жили-были старик со старухой». Там Пахмутова была композитором. И вот мы пришли, я ещё не был студентом. Мне сказали, что можно придти. Но я не почувствовал там для себя приятную атмосферу. Там очень много набралось народу. Мы чего-то там пели. Я с гитарой был, чего-то спели. И потом Высоцкий подошёл, зашёл отдельно в репетиционную комнату к Чухраю и что-то пел под гитару ему. Я не знаю, чего я там ждал… и не помню, что он ему пел.
ЛЧ: Какой был месяц?
ДМ: Это примерно был, наверно, июль(2).
ЛЧ: Вы уверены, что это точно был Высоцкий?
ДМ: Абсолютно! Ну, я же потом у него спрашивал об этом! Он мне ответил, что он написал тогда песню и предлагал Чухраю. И я тогда подумал: «Вот тот парень, которого я видел во МХАТе!»
ЛЧ: Знакомство тогда не состоялось?
ДМ: Не было знакомства! Но я тогда уже знал, что есть такой Высоцкий, и знал какие-то песни его. Но некоторые песни приписывали ему, например, «Товарищ Сталин». И я его тогда никак не представлял, но думал, что внешне он, может быть, высокий парень. Но я не мог тогда подумать, что это он! В 65-м году Хмельницкий провёл меня на «Антимиры», это был дневной спектакль. Я прошёл на спектакль, и в сцене со Смеховым «На фига…» я гляжу – знакомое лицо. Но опять я не понял, что это Высоцкий. И только в Политехническом на этом вечере в 66-м году я понял, что это он. В том же 65-м я пришёл как-то к Хмельницкому. У нас в Щукинском был Фима Кациров, он хотел в какой-то телепередаче петь песню Хмельницкого, и чтобы я ему аккомпанировал. И мы с ним пришли к Боре на спектакль «Павшие и живые», была зима, где-то январь 65-го(3). И пришли в гримуборную, и там Высоцкий сидел. И, кажется, я тогда уже понял, что это Высоцкий. А песня у Хмельницкого была такая, что: «Снег идёт, снег идёт, снег идёт давно…», что-то такое… и Высоцкий прокомментировал: «Что-то похоже на «Чёрного кота»: «Жил да был, жил да был, жил да был…» Он был несколько шпанистого типа, матерился, не стесняясь. Может быть, это было напускное, бравада или самоутверждение? Ну, это было очень шапочное знакомство.
И тогда был такой, он и сейчас есть, Олег Чумаченко. Он тогда был активистом и организовывал в Политехническом музее цикл вечеров авторской песни, на которые приглашались все поющие – известные, неизвестные, малоизвестные… Но ведь тогда нас, поющих под гитару, было относительно мало. И вот один из таких вечеров был 05-го апреля. Был довольно большой вечер. И вот, кого я запомнил… председательствовал Аркадий Островский, в то время очень маститый композитор-песенник, он сказал тёплые и добрые слова об этом течении, тогда только зарождавшемся. И потом мы, приглашённые, выступали. Была Людмила Иванова из театра «Современник», Михаил Анчаров, Владимир Баганов – он тогда писал интересные песни, Ада Якушева была, были из Ленинграда: Городницкий, Кукин и Клячкин. Кукина я не знал, это первый раз я его услышал, мне очень понравились его песни. Песни Клячкина я уже знал, и Городницкого я знал. Городницкому аккомпанировал Владимир Туриянский на этом вечере. Высоцкий пришёл с Яловичем. У Володи с Анчаровым, видимо, уже были контакты по спектаклю «Павшие и живые», они очень тепло друг друга поприветствовали по имени: «Миша, здравствуй!»
ЛЧ: То есть, как собрались, вы все друг с другом перездоровались?
ДМ: Да, да. Ну, кого-то я знал. Володю Баганова я знал. Высоцкого – ну, он, конечно, не помнил, что я приходил на консультации во МХАТ. Баганов писал интересные песни, например, «Сосны да ели вокруг…»
ЛЧ: Я её знаю в исполнении женского хора.
ДМ: У него ещё была песня «Мы все хотим побывать на луне…», она довольно известная была.
ЛЧ: Я её не знаю.
ДМ: Но эти песни потом не пошли. Но их пели и они мне были интересны. И вот мы с Багановым на этом вечере встретились.
ЛЧ: А он что пел там, не помните?
ДМ: Не помню. Но до этого мы виделись уже в одной студии. Он подавал надежды, и растворился потом.
ЛЧ: Кого вообще помните за кулисами?
ДМ: Сейчас я затрудняюсь сказать. Высоцкий спел, может быть, 3-4 песни.
ЛЧ: 5 песен.
ДМ: 5 песен? Ну, вот видите, на одну песню ошибся.
ЛЧ: Вы мне говорили, что каждый участник в начале представлялся одной песней, а потом продолжали по-новой?
ДМ: Да, мы вышли таким парадом, каждый выходил и пел по одной песне.
ЛЧ: Как визитную карточку?
ДМ: Да. Такой был предложен ход. Помню точно, что Клячкин в этой заявке спел «Не гляди назад, не гляди…» А из песен Высоцкого я помню «На нейтральной полосе», «Удар, удар, ещё удар…», «Десять тысяч…», «Сегодня в нашей комплексной бригаде…»
ЛЧ: Да, правильно!
ДМ: Это же я потом нигде не слышал, это я так запомнил, хотя прошло 30 лет(4)! И «Братские могилы» были как заявка, он её спел первой. Если я счас скажу, что он говорил, то это совпадёт. Он говорил: «Я бы мог ещё попеть, но спою только вот это…» Может, я неточно текст воспроизвёл, но он больше не хотел бисировать, хотя его не отпускали. А он одним из первых выступал. Ему какие-то песни заказывали, по-моему, из спектакля «Добрый человек из Сезуана», и он говорит: «У нас есть актёры Хмельницкий и Васильев, вы их пригласите и они споют эту песню, это их песня из спектакля!» – был у него такой комментарий. Сказал о них очень тепло. (Поскольку это ведь был цикл вечеров) Есть это в записи, да?
ЛЧ: Нет, комментарии обрезаны, только песни Высоцкого. Других участников нет в записи.
ДМ: Ну, и потом он откланялся. Наверно, он куда-то спешил.
ЛЧ: С Яловичем ушёл?
ДМ: Да, с Яловичем они ушли. Ким сидел в зале, он не пел. Но, говорят, он выступал на предыдущем концерте. Высоцкий даже перед концертом в кулуарах спросил меня: «Ну, что ты будешь петь?» Ну, видимо, это был такой дежурный вопрос. Я говорю: «Ну, у меня есть свои песни…»
ЛЧ: Это ещё перед визитными карточками?
ДМ: Да, да, да.
ЛЧ: Но а почему он Вас спросил о том, что Вы будете петь? К чему был этот вопрос?
ДМ: Увидел меня – я выступающий…
ЛЧ: Или он всех спрашивал так?
ДМ: Ну да.
ЛЧ: Это он спросил ещё в закулисье, не на сцене?
ДМ: Да, в закулисье. Он был, как я понял, очень такой компанейский, непосредственный. А то, кем он стал после – не он виноват, это судьба, это сумасшедшая слава, которая обрушилась на его молодой организм.
ЛЧ: Долго выступающие находились за кулисами?
ДМ: Я не помню. Мы все пораньше пришли, может, за час-полтора. И просто пребывали в свободном ощущении, я не помню, чтоб я волновался, абсолютно!
ЛЧ: И Ялович был за кулисами?
ДМ: Вот Яловича я за кулисами не помню.
ЛЧ: А Вы знаете Яловича?
ДМ: Ну, так, мы были знакомы, но не близко.
ЛЧ: А что Вы пели на этом концерте?
ДМ: «Дождь стучит в окно, стучит…», «Глупое сердце» на слова Кузмина, «Декабрь» на слова Эмиля Верхарна… по-моему, всё. Я никогда не писал стихи.
ЛЧ: А ещё кто что пел? Вот Анчаров, например?
ДМ: Сейчас не припомню.
ЛЧ: А Клячкин что ещё спел?
ДМ: Клячкин много пел, наверно, минут 20! Я только запомнил, что пел Клячкин в визитке, а больше никого.
ЛЧ: А если вспомнить, кто за кем пел?
ДМ: Один из первых был Высоцкий.
ЛЧ: Но не самый первый?
ДМ: Может быть, не самый первый, но он, по-моему, передо мной выступал.
ЛЧ: Вы после него следующим были?
ДМ: Нет, нет. Через какое-то время я выступал. Я счас даже не помню, был ли антракт… по-моему, был.
ЛЧ: А там было как, просто все оттарабанили свою программу и разошлись? Или как?
ДМ: Как потом выяснилось, Высоцкий пригласил и Городницкого и Туриянского в какой-то другой день в театр на «Галилея», по-моему.
ЛЧ: А это откуда выяснилось?
ДМ: То ли это Городницкий рассказывал…
ЛЧ: Ну, он каждый раз по-разному рассказывает, он называет то 68-й год, то 65-й!
ДМ: Я помню, года 2-3 назад был вечер Клячкина, и он там назвал неточную дату этого концерта. И я его поправил. Ну, я-то точно знаю! И афиша есть.
ЛЧ: И он говорит, что после этого вечера он был на Таганке?
ДМ: Я не знаю, как. Если вечер кончился… он же начинался по времени так же, как и в театре.
ЛЧ: В 19-30 на афише.
ДМ: На афише – в 19-30, а в театре – в 19-00. Поэтому, наверно, он не мог быть в театре в этот день. Может, он их потом пригласил?
ЛЧ: Я вычислил, потому что Городницкий мне говорил, что там была немецкая делегация, это было в конце марта 66-го. Это по табелю и по дневникам Ширяевой. И в этот его визит в Москву никакого концерта не было. Концерт не отменялся, не переносился?
ДМ: Нет, это было 05-го апреля! Это документ!
ЛЧ: А как к Вам попала эта афиша?
ДМ: А нам, по-моему, дарили их.
ЛЧ: Каждому?
ДМ: По-моему, да. А как она ещё могла у меня оказаться?
ЛЧ: А, может, Вам кто-нибудь впоследствии её подарил?
ДМ: Нет, по-моему, нам подарили там. Как она сохранилась? (удивлённо)
ЛЧ: Удивительно!
ДМ: Ни у кого не сохранилась.
ЛЧ: А я не знаю. Но никто мне её не показывал. А что Баганов пел?
ДМ: Вот это я тоже не помню. Я просто его спросил ещё до концерта: «А где Клячкин?» Он мне указал – вот Клячкин. Видимо, они до этого пересекались. Я знал, что Клячкин будет в концерте.
ЛЧ: А Вы не знали, как Клячкин выглядел?
ДМ: Нет, не знал.
ЛЧ: Все выступали примерно одинаково по времени?
ДМ: По-моему, Клячкин больше всех пел. Мне больше всего запомнились: в основном Высоцкий… Кукин очень меня удивил, потому что я его первый раз видел… он очень меня приворожил. Я помню, он сказал тогда, когда выступал, что: «Когда все стали писать песни… а я что, рыжий, что ли?!»
ЛЧ: Так и сказал?
ДМ: Так и сказал! Вот будет эта запись, Вы сравните.
ЛЧ: Это он сказал перед визиткой или перед основным выступлением?
ДМ: Нет, по-моему, перед основным выступлением. Это он точно сказал! Я ему ещё сказал: «Мне Ваши песни понравились очень!» Он говорит: «А мне Ваши тоже!» Но это, видимо, такая форма вежливости, потому что вряд ли он так думал.
ЛЧ: Ну, записи-то Кукина ходили уже!
ДМ: Я их не слышал. А здесь он спел «Тайга и Париж», «Маленький гном», «За туманом»… Клячкина по записям я знал, а Кукина – нет. Потом – Клячкин. Анчаров меньше. Городницкого почти не запомнил, совсем немного. Я помню, что ему кто-то аккомпанировал, потом я узнал, что это был Туриянский. Аду Якушеву не так запомнил. Мы выступали и садились сбоку на сцену. Мне записка пришла, что: «Вы ещё такой молодой, почему Вы так себя нескромно ведёте?» Видимо, какая-то девушка написала. Меня всегда принимали за более молодого, чем я есть на самом деле. А я не стал ничего отвечать.
ЛЧ: Это что имелось в виду?
ДМ: Ну, я не знаю. Я перед песнями что-то рассказывал, зал реагировал, я был раскован, и, может быть, от волнения чуть-чуть больше говорил. А кому-то не понравилось, что я так как-то…
ЛЧ: А что Вы рассказывали?
ДМ: Я что-то говорил перед песнями. О себе немножко что-то рассказывал – как там было принято. И кому-то показалось, что мне 17 или 18 лет… а я на такой возраст и выглядел.
ЛЧ: То есть, из-за того, что Вы говорили, а не из-за песен?
ДМ: Да, из-за того, что я говорил. Но говорил я с позиций своего возраста. А тогда было принято принижать человека за то, что он молод. Я не знаю, как в других странах, но в России всегда это было: «Ах, ты моложе? Что ты такой нескромный?» Голде Мейер говорила: «Не будь таким скромным, ты ещё не настолько велик!»
ЛЧ: Перед визиткой Вы говорили?
ДМ: Нет, не перед визиткой, а когда стал выступать. Ну, и кому-то, видно, что-то не понравилось. Но я прошёл успешно: зал реагировал, смеялся.
ЛЧ: Кто ещё о себе рассказывал?
ДМ: Высоцкий мало рассказывал.
ЛЧ: Кроме всех выступающих только Островский говорил?
ДМ: Да, его вступительное слово.
ЛЧ: А конферансье или ведущий?
ДМ: Вот сейчас не помню. Это вообще Олег устраивал.
ЛЧ: Но сам-то он не появлялся на сцене?
ДМ: Вот это я не помню. Помню, что когда я спел первую песню, визитку «Дождь стучит, в окно стучит…», она гармонически очень необычная, там аккорды не трафаретные, и Островский это почувствовал, и поощрил меня, обратившись на «ты»: «Интересная песня! О, как здорово! Молодец!» – смысл такой. Он похвалил песню, оценил.
ЛЧ: Он обратил внимание именно на музыкальную необычность?
ДМ: Видимо, да. Потому что – как композитор.
ЛЧ: Это он Вам где сказал?
ДМ: Выступили и сидели на сцене. Можно было отлучаться, можно было сидеть на сцене. Он тихонечко мне это сказал в паузе, до моего основного выступления.
ЛЧ: То есть, он сидел рядом, получается?
ДМ: Ну, как-то я оказался рядом…
ЛЧ: Островский после каждой визитки выходил и что-то говорил?
ДМ: Нет. По-моему, нет. Он просто в начале сказал о бардовском движении, а потом уже каждый выходил петь. Может быть, Олег вёл вечер? Я не знаю.
ЛЧ: Кто-нибудь фотографировал во время концерта?
ДМ: Не могу сказать.
ЛЧ: А обсуждения были какие-нибудь потом?
ДМ: Да, нет, пожалуй. По-моему, был антракт. Тогда принято было делать антракты.
ЛЧ: А вообще, смысл этого вечера? Показать, что в Москве есть КСП?
ДМ: Ну, как… я думаю, смысл был в том, что тогда это очень интересовало людей, и это была возможность встретиться и послушать – вот это и есть смысл.
ЛЧ: Вполне легальный вечер!
ДМ: Ну, да, согласованный. Конечно, надо отдать должное Олегу, который тогда проявлял такую активность! Там были и другие подвижники этого, но потом, как это всегда бывает, начинается конкуренция.
ЛЧ: Берковский был в концерте?
ДМ: В афише он есть, но я его как-то не очень запомнил.
ЛЧ: Бучихин – кто это такой вообще?
ДМ: Не знаю. Баганова я знал. Володя Баганов, 34-го года рождения.
ЛЧ: А счас он где?
ДМ: Не знаю. Я не могу сказать, что он особенно взлетел. Но я помню, песня мне его нравилась. Он работал редактором в какой-то, по-моему, комсомольской газете или журнале или в издательстве, где-то в районе Белорусского вокзала. И я даже помню, к нему приехал на работу со своей «Яузой» и записал много песен. Мне тогда было 22 года.
ЛЧ: А Людмила Иванова как выступала?
ДМ: «Я думала, ты моя половинка, а ты оказался холодный, как льдинка!» – это её песня, она тогда ходила.
ЛЧ: А как она пела? Ей кто-то аккомпанировал?
ДМ: Да, ей кто-то аккомпанировал, но я не помню, кто.
ЛЧ: На гитаре или как?
ДМ: На гитаре. А тогда не было принято с другим инструментом. Я помню, до этого в университетском зале был вечер, куда поющие пригласились. И я тоже спел две песни. И там какая-то девушка вышла петь под ансамбль и это уже стало эстраду напоминать, и тут же свист пошёл, и она ушла… эта традиция настолько непреклонна была! Если бы это было с гитарой – было бы всё в порядке.
ЛЧ: Осипов кто такой?
ДМ: Совсем не знаю.
ЛЧ: Вспомните, что Вы ещё спели!
ДМ: «Пароход бежит, стучит…» может быть…
ЛЧ: Шафранский Леопольд?
ДМ: Совсем ничего! Видимо, это неспроста. Практика показывает, что вот эти фестивали и слёты ничего не решают! Решал всё «магнитофон системы «Яуза»(5)!
ЛЧ: Видимо, ленинградцы все вместе выходили?
ДМ: Я не помню… мне не запомнилось.
ЛЧ: Они в афише так особо выделены: «Гости из Ленинграда!» Это на порядке выступления никак не отражалось?
ДМ: Я сейчас не помню, в какой последовательности они выходили.
ЛЧ: После спетых визиток потом выходили петь в том же порядке? Или не обязательно?
ДМ: Может быть. Сейчас я это точно не помню.
ЛЧ: Но по логике это, наверно, было так?
ДМ: Ну, скорее всего.
ЛЧ: Человек отпел, и садится рядом с предыдущим?
ДМ: Ну, там, наверно, это было не так строго. Кто-то мог и за кулисы уходить в эту комнату актёрскую. Да я, наверно, всё-таки ещё и волновался, поэтому так подробно не запомнил.
ЛЧ: Сколько примерно по времени всё это длилось?
ДМ: Ну, я не знаю… может, первое отделение минут 45, может, 50 минут. По-моему, всё-таки был антракт.
ЛЧ: Интересно, как концерт разбили на отделения? Не могли ж визитки оторвать от общего выступления?
ДМ: Ну, чего… может, могли. Может, прошли сначала все, а потом уже индивидуально выступали.
ЛЧ: Ну, Высоцкий после 1-го ушёл уже?
ДМ: Я не знаю, насколько скоро он ушёл… я помню, что в двери справа, если смотреть со сцены в зрительный зал, был Ялович. Это дверь, которая не третья, а средняя, наверху – вот он был у средней двери.

компиляция из бесед в период
1994-2004 гг.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------
Беседы с Д. Межевичем имеет смысл разделить на части, так как до появления негативов наши разговоры были менее детальны.

ДМ: А Кукина песни звучат до сих пор. Якушева выступала, помню.
ЛЧ: У Вас на фото такая интересная хватка: гриф кверху!
ДМ: Я сидя выступал.
ЛЧ: Да, похоже. А визитку Вы пели всё-таки стоя?
ДМ: Да, визитка была стоя.
ЛЧ: А у Вас гитара без ремня была?
ДМ: Нет, с верёвочкой.
ЛЧ: На фото не видно верёвочки
ДМ: А я бы тогда не смог стоя петь без неё!
ЛЧ: Хотя, судя по Вашей хватке, гитара на чём-то всё же висит.
ДМ: Ну, да. Передо мной, по-моему, Анчаров сидя выступал. И я тоже сидя выступил.
ЛЧ: Это же надо было микрофон дёргать туда-сюда, да?
ДМ: А тогда к микрофону относились очень спокойно. Почему «дёргать»? Тогда они регулировались, не то, что сейчас – несуразные. Тогда не пели чётко в микрофон, обычно он был на расстоянии, может быть, даже метра! Не заглатывали его в рот.
Иванову, помню, не очень хорошо принимали. Она жутко волновалась! Она ещё чего-то спела, и из зала какой-то бестактный комментарий: «Мы не принимаем…», ну, бестактный!
ЛЧ: Она так же пела песню-визитку, как и все?
ДМ: По-моему, так все делали. И она говорит: «Я актриса, играю в «Современнике», я много раз выходила на сцену, но счас я очень волнуюсь! Я так перед спектаклем не волнуюсь, как я волнуюсь сейчас!» Баганов выступал под фортепиано, не под гитару. И я помню, я Клячкина не знал в лицо, и спросил Баганова: «А кто Клячкин?» И он мне показал на Женю.
ЛЧ: Судя по порядку негативов, ленинградцы оказались в конце. Почему? Как гости?
ДМ: Они как гости, да, были в конце. Я помню, спел свою первую песню «Дождь стучит, в окно стучит…» Меня хорошо принимали. И в основном всех хорошо принимали. Хорошо Клячкина принимали, Кукина великолепно принимали, Городницкого очень хорошо. Но песни Городницкого ведь знали благодаря Визбору! Ленинградцев очень хорошо принимали, всех троих! А все остальные не запомнились. Но Высоцкого лучше всех приняли!
ЛЧ: Вы говорите, что Высоцкий Вам особо запомнился. А чем конкретно он Вам запомнился, именно силой таланта или чем-то другим?
ДМ: Ну, песни я знал, которые он спел. «На нейтральной полосе» знал…
ЛЧ: «Бал-маскарад» могли знать уже!
ДМ: Да, и это знал. Да, да, да!
ЛЧ: Вы их знали как песни Высоцкого?
ДМ: Да, как песни Высоцкого.
ЛЧ: А «Братские могилы» знали Вы?
ДМ: Нет. Наверно, нет.
ЛЧ: «Я родом из детства» ещё не вышел на экраны. И две самые свежие: «Десять тысяч…» и «Удар, удар…»?
ДМ: Нет, по-моему, не знал. И он настолько всех обаял! Вот он вышел и оказался гвоздём!
ЛЧ: Это Вы тогда ощутили, что он оказался гвоздём?
ДМ: Да! Это настолько ярко было! И его ведь не отпускали! И никому так не аплодировали.
ЛЧ: Что за публика была на сцене рядом с выступающими?
ДМ: Я даже не знаю. Может быть, не все в зале поместились и сидели на сцене…
ЛЧ: Судя по негативам, Якушевой не было в визитках! Могла она опоздать и не петь визитку?
ДМ: Может быть. Что она пела – точно не могу сказать. Берковского я не запомнил, хоть он и есть в этих кадрах… Клячкин ногу на стул ставил, да?
ЛЧ: А тут же не видно! Ходят слухи, что Якушева опоздала на концерт.
ДМ: Может быть, и опоздала. Но она выступала.
ЛЧ: Она выступала, но, получается, визитной карточки-то у неё не было!
ДМ: Может быть, и не все визитную карточку пропели?
ЛЧ: По какой причине не все?
ДМ: Не знаю… это же всё было добровольное. Чем хорош был этот ход с визитными карточками, что здесь не было никакой официальности. Но в Политехе было несколько таких вечеров, приглашали то одних, то других. Но дело в том, что именно этот оказался волей судеб самый значительный! Вы понимаете?
ЛЧ: Ну, так его все вспоминают по сей день!
ДМ: Именно этот! Потому что то, что до него были вечера и после – они как-то смазаны, ничего там не было яркого, не было никаких событий. А здесь – совокупность будущих звёзд, хотя они не были тогда звёздами. Вот поэтому этот вечер выделяется. Слушали их тогда на магнитофонах, но ещё такого успеха не было. Да и мы сами, выступающие, не очень-то о себе много мнили тогда до того момента, как мы стали восходить, кто-то больше, кто-то меньше. И из Ленинграда приехали эти трое! (с восхищением) И Высоцкий, и Якушева! И они все настолько взаимосвязаны: и Высоцкий, и Кукин, и Клячкин, и Окуджава, и Галич… вот породила эпоха такой цветник, так же, как представителей серебряного века. Они антагонировали между собой, но всё равно они взаимосвязаны. И даже было между ними какое-то взаимовлияние, я бы сказал. Берковского тогда мало кто знал. Записи Анчарова уже ходили.
ЛЧ: А Вы помните, с кем Вы сидели на сцене?
ДМ: Нет, не помню… ну, как это помнить можно? Вот Баганова же я узнал, он там за роялем! Причём, что интересно: я помню, у меня Баганов взял листочек и хотел что-то записать и попросил у меня карандашик или шариковую ручку, я ему дал ручку, и – с концами! Вот чётко такую деталь помню. Он машинально положил в карман, и всё.
ЛЧ: А крупным планом Баганова нет…
ДМ: Казалось, что его песни счас станут петь даже эстрадные певцы… Вот только песня «Мы все хотим побывать на луне…» – как-то её знали. А потом – полное забытье! Ещё какие-то песни были у него, но потом они ушли из моего сознания. И нельзя сказать, что тогда Высоцкого так хорошо знали… Но он спел эти песни – и обвал! И он тоже, наверно, не ожидал. Он такой скромный был, такой застенчивый, хотя он уже и Галилея сыграл…
ЛЧ: Нет, нет, премьера через месяц была!
ДМ: А! Ну, тем более! Может, он его уже репетировал, он неуверен был… но это был не тот Высоцкий, которого я узнал в 68-м году. А прошло-то всего два года! И, конечно, он сам не знал, что через эти два года на него такое обрушится, что ему ни в каком сне это сниться не могло. И помню, месяц спустя после этого концерта меня куда-то пригласили выступать, в какой-то НИИ, и кто-то из ребят, которые везли меня на машине, хотели связаться с Высоцким, и кто-то из них говорит: «Ну, Высоцкий счас – премьер! Вот «Жизнь Галилея» спектакль только вышел!»
Вы знаете, надо бы как-то этот вечер поподробнее изучить!!! Потому что мне только вчера пришло осознание того, что тот вечер был ну, как Эверест. А остальные все под ним.
ЛЧ: Да, многие это отмечают!
ДМ: Да, он оказался единственным, который стоил очень многого! Надо бы узнать у Олега, сколько он до этого вечеров провёл и сколько после! Вот Вы такие вещи умеете стимулировать! Вы разбудили во мне эти воспоминания, которые до сей поры спали во мне. Я готов любые сведения для Вас предоставить ради этого!
ЛЧ: Сделаем! Как Вам сообщалось о дате и времени проведения концерта?
ДМ: По-моему, мне позвонили и предложили.
ЛЧ: Не было каких-либо предварительных репетиций?
ДМ: Ничего этого не было.
ЛЧ: А как утверждали Ваш репертуар?
ДМ: Никто ничего не утверждал.
ЛЧ: То есть, Вы сами полностью отвечали за себя?
ДМ: Да.
ЛЧ: А хотя бы Вы сказали, что будете петь?
ДМ: Нет.
ЛЧ: А они условие сразу поставили, что будет сначала одна песня, как визитка, а потом все остальные песни?
ДМ: Это была неплохая задумка…
ЛЧ: Или это было предложено на ходу?
ДМ: Об этом нам сказали, когда мы пришли. Кто сказал – не помню. Может, Олег…
ЛЧ: А Вас предупреждали о том, что будет сборник?
ДМ: Ну, а как же! Конечно!
ЛЧ: А за сколько примерно до самого концерта?
ДМ: Ну, может быть, недели за две. Я помню даже, Фима Кациров, который был на два курса старше меня, увидел эту афишу до этого с моей фамилией и говорит: «Ой, я видел фамилию Вашу! Вы будете в Политехе выступать?» Я говорю: «Да, вот меня пригласили!»
ЛЧ: То есть, афиша висела задолго?
ДМ: Ну, да, конечно!
ЛЧ: Как я полагаю, оповестили всех участников, и вывесили афишу?
ДМ: Да.
ЛЧ: Она висела только в Политехе или ещё где-то?
ДМ: В основном в Политехе, по-моему. Но этого было достаточно, чтобы зал был полный.
ЛЧ: А на городских тумбах, например, могла она висеть?
ДМ: Вот это я сейчас не могу точно сказать. Понимаете, это же всё было тогда основано больше на инициативе, и заказывать большой тираж в типографии было накладно. Это был БОЖЕСТВЕННЫЙ ЭНТУЗИАЗМ!
ЛЧ: То есть, речь об оплате вообще не шла?
ДМ: Даже в голову не приходило! Это ещё было на подступах этого коварного, зловещего этапа нашего бытия. День был солнечный, вообще было всё замечательно!
ЛЧ: Вы помните магнитофонщиков на концерте?
ДМ: Они были, наверное, подпольные… были ли на сцене – не помню. Если посмотреть на фотографии, то нельзя сказать, что была навешана куча микрофонов!
ЛЧ: Там как раз навешано изрядно, в том-то и дело!
ДМ: Ну, значит, было. Я думаю, что записи всех выступающих сохранились.
ЛЧ: Сохранились – вопрос один, а где они находятся – вопрос другой! И Чумаченко не может ничем помочь… он мне говорит, что у него где-то была фотография, на которой Островский, услышав эти песни, убегает со сцены, схватившись за волосы!
ДМ: Вот это я не помню. Я только помню чётко, что мне Островский сказал.
ЛЧ: Но такое могло быть?
ДМ: Я не был этому свидетелем. Не доверять Олегу у меня так же нет оснований. Я не могу быть до такой степени наблюдательным, это невозможно. А потом ведь я очень сосредотачивался на себе: мне надо было выступать. Я помню, в 68-м году мы встретились с Кукиным, там был Валя Никулин, и я спел «Дождь стучит в окно, стучит…», и Валя Никулин говорит: «Вот мы с Адой(6) слушали тот концерт, и мы отметили эту песню!» А прошло всего-то два года.
ЛЧ: Какой концерт они слушали?
ДМ: Вот этот концерт, 5-го апреля!
ЛЧ: Где они слушали?
ДМ: В записи на магнитофоне.
ЛЧ: Да Вы что!!! (сильно удивляясь)
ДМ: После этого концерта эти записи распространились довольно активно.
ЛЧ: Вот это новость!!!
ДМ: Да. Потому что те песни, которые Володя пел – «Про боксёра» и другие, их стал петь Женя Карельских, наш сокурсник. Именно оттуда! Мою песню не могли петь, потому что она сложна.
ЛЧ: Но ведь ходит только кусок, где Высоцкий, и больше ничего!
ДМ: Высоцкий больше всех распространился, это было начало его взлёта.
ЛЧ: Эту запись распространял Крыжановский, для которого важны были только те фрагменты, которые могли продаваться.
ДМ: Ну да. Вот!!! Видите, как: уже тогда начинался бизнес… как люди недальновидны! Могли бы просто оставить целиком! Я бы сейчас с интересом прослушал бы всех, выступающих в этом концерте! Она же была, ходила! А иначе они не могли распространиться. До этого ходили записи Высоцкого, но они были такие заезженные… и тогда он был даже не наравне с Визбором, относились к нему тогда так, что: «Ну, кто-то там появился, ещё чего-то поёт какие-то песни непонятным голосом…»
ЛЧ: А Вы сами когда-нибудь слышали этот концерт в записи?
ДМ: Нет, я не слышал.
ЛЧ: Судя по порядку кадров, Высоцкий выступал первым.
ДМ: Нет, он не первый был!
ЛЧ: А кто первый был?
ДМ: Не помню сейчас. Но Высоцкий был, кажется, вторым.

компиляция из бесед в период
2009-2010 гг.

В июне 2010-го года, именно в разгар подготовки этого материала, как по волшебству, неожиданно появился огромный кусок фонограммы этого концерта, о чём мы уже перестали мечтать. И после этого возникли дополнительные вопросы. Фонограмма была обнаружена у недавно умершего известнейшего коллекционера Николая Фёдоровича Курчева, с которым я в своё время тоже имел дело, и он мне выдавал на руки всё, что у него хранилось под заглавием «Высоцкий». А данный концерт, видимо, проходил в его каталогах под другим параграфом, и потому Курчев его не учёл и мне его не выдавал.

ЛЧ: На фонограмме Аркадий Ильич произносит речь минут на 10! И его выступление проходило с эксцессами: пару раз его гнали со сцены, а он не уходил.
ДМ: Я в это время за кулисами был, и когда я вышел – он уже сидел на сцене. После него мы стали по одному выходить.
ЛЧ: То есть, он уже закончил говорить, когда Вы вышли?
ДМ: Да.

июнь 2010 г.

В течение 1997-го года мне неоднократно доводилось общаться с Геннадием Яловичем, и даже два раза бывать у него дома. И все эти два раза со мною за компанию увязывался мой напарник Игорь Роговой, так как он считал почему-то именно Яловича особым информатором и ставил ударение конкретно на нём, хотя я бывал в этот период очень много у кого! Разумеется, я планировал задать Геннадию Михайловичу вопросы относительно этого концерта, но как только я открывал рот, мой неуёмный коллега тут же мне его затыкал. Я понимаю, что виноват в этом всё равно я, можно было бы и после спросить по телефону, например… но моя голова не могла держать столько информации, так как именно в те годы работы было более, чем через край! Ну, не успели… а могли ведь! С Ариадной Якушевой я также общался на предмет её встреч с ВВ, но у неё, действительно, настолько неважная память, что она, к сожалению, почти ничего не помнит, и её рассказ приводить здесь не имеет смысла, так как он будет совершенно ни о чём. Она только говорила, что, дескать, где-то выступали вместе.

============
1 Моё знакомство с Д.Е. Межевичем состоялось в феврале 1994-го года, в тот момент, когда у меня не было с собой диктофона, и он мне тогда кое-что рассказал без записи. Основной же зафиксированный разговор на эту тему состоялся 28.05.1994.
2 Это было вскоре после 13.06.1964, то есть, после дня смерти М.М. Названова, т.к. ДМ вспомнил позже, что на «Мосфильме» он увидел некролог о нём.
3 Вряд ли в начале года спектакль мог идти, так как в это время он ещё только был в проекте.
4 Эти слова были сказаны 28.05.1994.
5 Цитата из песни А.А. Галича о диссидентах.
6 С Якушевой.

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:00 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Чумаченко Олег Георгиевич

Лев Черняк: Олег, с какого года ты появился на небосклоне авторской песни, начал вращаться в этих кругах?
Олег Чумаченко: Ну, я думаю, с 59-го года.
ЛЧ: Сколько тебе тогда было?
ОЧ: 22 года. Я 37-го года рождения.
ЛЧ: А с какого момента ты стал организовывать в Политехе вечера авторской песни?
ОЧ: А-а-а! Вот особая история! Там устный журнал «Молодость»…
ЛЧ: Который откуда взялся?
ОЧ: А он был при лектории Политеха. Там был официальный референт, который занимался этими вещами – Лёня Коган. Он из семьи репрессированных, журналист журфака, он закончил МГУ, он был прекрасный пьяница, что его губило… с другой стороны – он не забывал ДЕЛО! Хороший тихий алкоголик – что меня очень удивляло. И я попал туда в редколлегию, в которой, кстати, была Алла Гербер – она из первой редколлегии журнала «Юность». Ну, в общем, целая компания людей подобралась. Но как я туда попал – вот этот момент мне трудно вспомнить, но я там как-то оказался… через кого меня Лёня раскопал – не знаю, меня туда втащили как человека, который занимался бардовской песней.
ЛЧ: И с какого года это началось?
ОЧ: Это началось где-то в 64-м году.
ЛЧ: И это было официально?
ОЧ: Совершенно официально!
ЛЧ: Официально – при поддержке кого и чего?
ОЧ: Это устный журнал при центральном лектории Политехнического музея всероссийского общества «Знание».
ЛЧ: Ну, общество «Знание» тоже кто-то курировал, наверное?
ОЧ: Естественно, ЦК партии.
ЛЧ: Это и понятно.
ОЧ: Там же параллельно Горком комсомола проводил свои «субботы» раз в месяц.
ЛЧ: «Субботы», посвящённые чему?
ОЧ: Тогда были очень популярны устные журналы, одной из страничек которых была самодеятельная, ныне авторская песня.
ЛЧ: А до этого вечера, на котором присутствовал Высоцкий, что ещё было тобой организовано наподобие этих вечеров?
ОЧ: Где участвовал Высоцкий – это уже было приложение к устному журналу «Молодость», которое называлось «Так рождается песня». Отдельное песенное приложение. Сам я в это время уже 5 лет ходил на встречи туристских песенных групп в составе своей группы, которую Семён Флейшман назвал, (сколько я не сопротивлялся) чумачами. Я думаю, что это по счёту был 2-й, наверно, вечер. Дело в том, что для проведения таких вечеров мы выбирали так называемую «крышу», говоря нынешним жаргоном. Или, так сказать, «посаженного папу». Один из вечеров возглавлял Лев Ошанин.
ЛЧ: Первый вечер?
ОЧ: Это мне нужно восстановить и, разобрав свои архивы, я могу точно ответить на этот вопрос.
ЛЧ: А что за архивы имеются у тебя, это дневники или отчётные журналы?
ОЧ: У меня разрозненный материал.
ЛЧ: По какому принципу отбирались исполнители на тот вечер, который вёл Островский?
ОЧ: Да ни по какому. По тому, кто тогда был наиболее популярен.
ЛЧ: У вас какая-то коллегия была по этому вопросу?
ОЧ: Я сам решал. Они мне доверяли это направление, они знали, что я в этой сфере что-то из себя представлял.
ЛЧ: То есть, на тебе была культурная идеология?
ОЧ: Да. Но так как журнал был официальный, то внутри курировал нас Лёня Коган. Он был референтом общества «Знание». Я вошёл в редколлегию устного журнала «Молодость».
ЛЧ: А у тебя была официальная должность?
ОЧ: Я всю жизнь был инженером. А там никакой должности, это общественная была работа.
ЛЧ: За которую ты ничего не получал?
ОЧ: Ничего! А я на всю жизнь остался общественным работником и ничего не получал. Это мой принцип, который я стараюсь соблюдать. А отбор исполнителей туда шёл чисто мой. Я помню, единственный раз Лёня вмешался, ему показалось мало, и с его лёгкой руки мы аж троих из Ленинграда пригласили: Клячкина, Кукина и Городницкого. Самое обидное, что Лёня меня напрягал, чтобы столько было народу. Это же собирать 10-12 человек! Это жуть одна!!! Он говорит: «Мало! Давай ещё пригласим!», и пригласили ленинградскую группу. Перебор был явный. Ведь каждый из них был достоин отдельного прекрасного концерта! Ну, это был юношеский экстремизм. Высоцкий пел минут 15 максимум, мне кажется…
ЛЧ: Даже меньше.
ОЧ: Это жуть, конечно! Сейчас смотреть на это надо с сожалением. Смешно.
ЛЧ: А как оплачивалась дорога ленинградцев?
ОЧ: По линии общества «Знание» – это совершенно точно.
ЛЧ: Это была бухгалтерия общества «Знание»? То есть, вы делали заявку?
ОЧ: Дорогу им оплачивали, конечно, через бухгалтерию. Но гонорары им не платили.
ЛЧ: А они об этом просили?
ОЧ: Разговора не было об этом. Это потом стало по-другому. Дело в том, что я для себя Высоцкого особенно не выделял. У меня были другие увлечения: Визбор, Якушеву очень любил, немножечко Иру Левинзон. Высоцкий как-то особняком всегда для меня стоял. Другое дело, что судьба меня с ним пересекала, у меня было с ним три встречи, которые запомнились. Был ещё такой Лёва Альперович у нас в редколлегии, который поближе знал Высоцкого в то время. И вот, очевидно, он как-то нас с ним свёл.
ЛЧ: Олег, а на этот вечер были разосланы приглашения участникам?
ОЧ: Исключено! Только устная договорённость, и всё. Но там продавались билеты.
ЛЧ: Неужели нет официальных документов? А с ленинградцами были только телефонные разговоры, и всё?
ОЧ: Конечно. Но народ-то меня знал в то время! Высоцкого я близко не знал, но знал Хмельницкого Борю.
ЛЧ: А его откуда ты знал?
ОЧ: Таганка! И Васильев – они тоже у нас выступали. И Дима Межевич. И Дима прекрасно помнит этот вечер.
ЛЧ: Но он выступал вместе с Высоцким, кстати!
ОЧ: Он помнит, как я его туда пригласил.
ЛЧ: А Межевича откуда ты знал? Он же только учащимся был в то время!
ОЧ: Он же в Таганке был!
ЛЧ: Нет, нет, нет, он ещё там не был. На Таганке он оказался только через два года!
ОЧ: Ну, тогда я думаю, из-за того, что он пел.
ЛЧ: И записи его ходили?
ОЧ: Не знаю. Но у меня на слуху он был точно. Откуда я его знал – не помню.
ЛЧ: Ты думаешь, что он был известен и был на слуху, да?
ОЧ: Да, да. Но не мог же я его достать так, с кондачка?
ЛЧ: А ты не помнишь, кто именно за Высоцким ездил? Или только был звонок ему, и всё?
ОЧ: Я думаю, что был просто звонок, и всё.
ЛЧ: Ты позвонил или кто-то ещё?
ОЧ: Я думаю, что это всё-таки Лёня Коган позвонил, он профессионал, он там сидел на ставке.
ЛЧ: За сколько времени до этого вечера возникла идея? За месяц, за год, за неделю?
ОЧ: В пределах месяца, довольно быстро. Но не за год.
ЛЧ: А была ли организована аудиозапись?
ОЧ: Запись была, но её не найти уже. Я не занимался этими вещами.
ЛЧ: Запись осуществлял местный штатный радист?
ОЧ: Местный радиоузел, да. Кому-то Лёня отдал переписать этот блин большой… тогда ещё писали на большие блины.
ЛЧ: На «МЭЗе», да?
ОЧ: Да, на «МЭЗе» писали. Я потом пытался найти, но ничего не удалось.
ЛЧ: Может, у кого-то есть хотя бы копия?
ОЧ: Чего теперь об этом мечтать?! Какую-то запись из Политеха мне дали, там даже мой голос мелькает…
ЛЧ: А афиша у тебя цела?
ОЧ: Да, афиша есть.
ЛЧ: В хорошем состоянии?
ОЧ: Хорошая, у меня есть. Я поищу. У меня ещё была где-то маленькая фотография: где Высоцкий стоит перед микрофоном и выступает, а за ним – убегающий за сцену Островский. Я в это время стоял за сценой. Это совершенно чудесная фотография! Он выбежал за кулисы с ужасом: «Провокация! Провокация!» – тут же оделся и рванул из Политеха! Он страшно перепугался! А Ошанин не боялся.
ЛЧ: Эти слова ты сам лично слышал?
ОЧ: Конечно!
ЛЧ: Замечательно! А «провокация» в каком плане?
ОЧ: Это надо его спрашивать. Чего-то испугался он. Высоцкий пел обычный спортивный цикл, боже ты мой!
ЛЧ: Первая песня была «Братские могилы». Что такого в этом? Я не понимаю!
ОЧ: «Братские могилы» пел он там, да?
ЛЧ: Он начал с неё.
ОЧ: Я не помню, что он там пел. А откуда ты знаешь, что «Братские могилы» он пел?
ЛЧ: Так есть запись, но там только Высоцкий. А нужно-то чтобы все участники были в записи!
ОЧ: Спортивные песни он тоже пел.
ЛЧ: «Десять тысяч» он пел.
ОЧ: Я почему-то запомнил, что на этой песне Островский удрал.
ЛЧ: Именно на этой?
ОЧ: Мне показалось, что так.
ЛЧ: Межевич мне рассказывает… а память у него уникальная!..
ОЧ: Да, Диме в этом не откажешь!
ЛЧ: Он говорит, что каждый автор выходил и пел одну песню сначала.
ОЧ: Это как бы заявочная, а потом давали кусочки выступлений.
ЛЧ: Да. А потом уже пели всё остальное, они выходили опять же по очереди – вот так он мне рассказывал.
ОЧ: Да, по-моему, так было. Да!
ЛЧ: Это так было задумано сразу?
ОЧ: Да, это был такой сценарий.
ЛЧ: Это твоя идея была?
ОЧ: Ну да.
ЛЧ: Авторы представляли вам песни?
ОЧ: Нет.
ЛЧ: Так ведь это же опасно было!
ОЧ: Нет, не было опасно: это общество «Знание»! Там не требовалось заранее согласовывать тексты лекций. Не было никакой литовки.
ЛЧ: Неужели такого не было?
ОЧ: Вот не было этого! Я могу 100 процентов дать, что не было!
ЛЧ: То есть, исключительно по усмотрению самих авторов?
ОЧ: Да.
ЛЧ: Ещё мне Межевич рассказывал, что в зале Ким присутствовал, но не пел.
ОЧ: Не помню, был ли он в зале.
ЛЧ: На фонограмме этого концерта есть только песни Высоцкого с его комментариями, но Межевич говорит, что Высоцкого попросили спеть песни из спектаклей Таганки, а он ответил, что у них в театре есть Хмельницкий и Васильев, пригласите их, пусть они споют.
ОЧ: Они были.
ЛЧ: Они были после? Или Высоцкий, может быть, не знал, что они уже были?
ОЧ: Я не могу вспомнить сейчас. Но то, что были – 100 процентов!
ЛЧ: Вдвоём были?
ОЧ: Да, вдвоём.
ЛЧ: Они были как авторы-исполнители?
ОЧ: Да, да, да.
ЛЧ: Интересно будет выяснить… почему он про них говорил? Знал или не знал?
ОЧ: Но они были как страничка в устном журнале, в приложении «Так рождается песня».
ЛЧ: А чем отличались устные журналы от вечеров «Так рождается песня»?
ОЧ: В устном журнале было 4-5 страниц: 1-е, к примеру, политика, 2-е – общественное звучание – какой-нибудь комментатор или обозреватель, потом, допустим, театр или ещё что-нибудь… ну, обычное комсомольское построение.
ЛЧ: Так же, как во всех институтах это проводилось, да?
ОЧ: Да, да.
ЛЧ: А ты Высоцкого знал до этого концерта?
ОЧ: Нет.
ЛЧ: Ну, может быть, где-то видел?
ОЧ: Я был на каких-то его выступлениях. Но я его не знал.
ЛЧ: Интересно! А где именно?
ОЧ: Ой, сейчас не могу сказать.
ЛЧ: До Политеха?
ОЧ: До Политеха. А идея пригласить Высоцкого в Политех была точно Лёни Когана!
ЛЧ: А он сейчас где?
ОЧ: Не знаю.
ЛЧ: Я ещё знаю, на этот концерт с Высоцким пришёл Геннадий Ялович, не помнишь такого?
ОЧ: Я его не знал.
ЛЧ: Он его ждал за шторами, за кулисами – это опять же мне Межевич рассказал.
ОЧ: Наверное…
ЛЧ: Олег, а откуда недавно появились фотографии с этого концерта?
ОЧ: Ко мне они случайно приходили. Я вообще по натуре не очень большой собиратель, это уже позже я стал в кучу всё складывать.
ЛЧ: А имеющиеся фото у тебя откуда?
ОЧ: Они с тех пор у меня остались.
ЛЧ: Кто фотографировал, можно установить?
ОЧ: Не берусь за это.
ЛЧ: Вечер вёл именно Островский?
ОЧ: Вечер вёл Островский, но кроме этого я сидел там как ведущий от «Знания».
ЛЧ: То есть, ты что-то говорил во время концерта?
ОЧ: Чего-то говорил… не помню, что.
ЛЧ: В каком месте твои слова могут быть, в начале, в середине?
ОЧ: Наверно, в начале. Я, видимо, открыл этот вечер и передал Островскому, как ведущему. Сейчас эти детали стёрлись.
ЛЧ: А Островский что говорил, в каком ключе? Хвалебные слова об авторской песне были?
ОЧ: Что Ошанин говорил – я знаю, потому что Ошанина забросали голубями и из зала кричали: «А как Ошанины нам жить мешали…» – это строчка, по-моему, из Евтушенко. И он вдруг загорячился и вдруг начал объяснять: «Это не так, поэтому я вам объясню…», и стал залу объяснять, почему эта строчка возникла и т.д.
ЛЧ: У тебя было непосредственное общение с авторами во время этого вечера?
ОЧ: Ну, конечно! А как же иначе?
ЛЧ: В чём заключалось это общение?
ОЧ: С каждым по-разному, не помню… Какое общение было с Высоцким? Не помню абсолютно!
ЛЧ: Кстати, Высоцкий в конце жизни вспоминал этот вечер!
ОЧ: Вспоминал, да?
ЛЧ: Вспоминал. А ты с Высоцким после этого не виделся до 79-го года?
ОЧ: Случайным образом я имел отношение к одному из его последних концертов.
ЛЧ: Где это было?
ОЧ: Есть Дворец Культуры МИИТа, а рядом – почтовый ящик(1). Это на улице Образцова. Был солнечный день. И я пошёл на этот концерт.
ЛЧ: Ты знал заранее, что будет концерт?
ОЧ: У меня друзья там были. С билетами дефицит был страшный! Высоцкий где-то задержался, не то на съёмках, не то ещё где… и когда он подъехал, устроители вечера прозевали его приезд, я подбежал к нему и, памятуя наши политеховские отношения, провёл его, так как он растерялся и не знал, куда идти.
ЛЧ: Он тебя узнал?
ОЧ: Сейчас тебе об этом расскажет Люба – моя жена.
Любовь Чумаченко: Я тоже стояла на улице, все ждали Высоцкого. Когда он подъехал, все увидели его и рванули занимать места и закрыли ему проход! И он говорит: «Может быть, пропустите?» И мне показалось, что у него какой-то грим был на лице, как крем-пудра. Он приехал не один: помню двух женщин. Это была вторая половина мая 1979-го года, потому что это было после дня рождения Олега, то есть, после 7-го мая: с нами были друзья, которым мы сказали на дне рождения об этом концерте, и потому что я была беременная, а родила я 13-го июня.
ОЧ: Там такой Толя писал. Я завёл Высоцкого за сцену, он смотрит на сцену и говорит: «Это что за микрофоны?» Я говорю: «Это – голос, это – гитара, это – запись…» Он говорит: «Убрать запись!» Я говорю: «Володя, а ты помнишь вечер в Политехе? – (эти слова, как священная корова!) Радист будет сидеть за 25 метров от тебя, никаких щелчков и обратных перемоток не будет!» Он говорит: «Ну оставь…» И вот об этом мы с ним договорились.
ЛЧ: Ходят непроверенные разговоры, что в 79-м году должен был состояться сольный концерт Высоцкого в Политехническом, и ведущей была бы Ахмадулина! И якобы были афиши уже изготовлены!
ОЧ: В 79-м году меня уже там не было.
ЛЧ: Я с Межевичем много говорил о концертах в Политехе, в которых он сам принимал участие не раз – как он мне сказал. И он решил, что именно тот концерт, 05-го апреля, был самым знаковым и для того времени и для них, для участников.
ОЧ: Для Высоцкого он был знаковым в том смысле, что это первое серьёзное выступление в аудитории практически ЦК партии.
ЛЧ: Иванова в этом концерте была…
ОЧ: Иванова, да, она актриса театра «Современник», та самая Людмила Иванова. Тогда это не называлось «актёрская песня», но она была в этом концерте. Её мне подсунули, я её особенно толком и не знал тогда. Она замужем за Милявским(2). А Милявский – это, опять же – куст МГУ, это биофак, это авторская песня, где Митя Сухарев был… То есть, всё перемешалось в этом мире!
ЛЧ: Кто регламентировал время выступающих?
ОЧ: Я регламентировал. Коган меня тогда напряг, был определённый состав, меньшего набора. И вдруг он сказал, что мало, и он меня заставил из Ленинграда пригласить троих: Клячкина, Кукина и Городницкого. И получился перебор. И так как я контакт имел с питерцами, то ребята приехали и выступали. А время выступления определялось из количества выступающих, только и всего! Всё поровну, никаких никому привилегий.

беседа по телефону
2007 г.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------

В ноябре 2009-го года мы собрались втроём: Олег Чумаченко, Дмитрий Межевич и я, с тем, чтобы в спокойной обстановке попытаться ещё что-нибудь вспомнить, и заодно просмотреть новые фото от Геннадия Гущина.

Дмитрий Межевич: Олег, у тебя ли зародилась эта идея вот этих циклов в Политехе? 66-й год.
ОЧ: Это точно моя идея! Она выросла из чего: в своё время был такой устный журнал «Молодость» в Политехе… /…/
В общем-то, Иванова, конечно, выделялась среди того соцветия, которое было на сцене, но не в ту сторону.
ДМ: Анахронизмом.
ОЧ: Она такая бытовая девочка.
ДМ: Расскажи про первый вечер с Ошаниным! Ты договорился с Ошаниным, позвонил ему, да?
ОЧ: Да, позвонил, конечно, из Политеха.
ДМ: И он охотно согласился?
ОЧ: Да!
ДМ: Милейший человек?
ОЧ: Чудесный человек!
ДМ: Песни-то у него замечательные!
ОЧ: Этот вечер вели мы с Серёжей Чесноковым. И Чесноков что-то там произносил, и вдруг входит Ошанин – так, как полагается, как «крыша» наша, и вдруг из зала: «Как Ошанины нам жить мешали!» И мне понравилась его реакция на зал: он не обозлился, он сказал: «Я вам сейчас объясню, я вам сейчас всё объясню!» И вот именно с галёрки летели голуби, и вся сцена была в этих голубях – потрясающая совершенно сцена!
ЛЧ: Олег, скажи, а когда ты договаривался с Островским или с тем же Ошаниным, ты предварительно с ними встречался?
ОЧ: Нет, по-моему, по телефону разговаривали.
ЛЧ: То есть, и ты познакомился с ними практически вот на этих вечерах?
ОЧ: Ну, да.
ЛЧ: Они не обсуждали, о чём они говорить будут?
ОЧ: Нет. Они были «крышей» нашей.
ЛЧ: Я имею в виду, ты с ними говорил, о чём им предстоит говорить перед концертом?
ОЧ: Не помню. Нет, наверно. Даже не помню, что я говорил!
ЛЧ: Ну, тебя в записи вообще нет! А КГБ за вами как-то следил?
ОЧ: А я не знаю.
ЛЧ: А потом приходилось иметь дело?
ОЧ: Да.
ЛЧ: После чего?
ОЧ: Если вам знаком журнал «Поиски», за который мой младший товарищ Валера Абрамкин отсидел два срока по три года. В 80-м году загребли его, дали три года, потом ещё три. А тот кусочек времени был удивительным. Но в 67-м стало сложней.
ЛЧ: Почему именно в 67-м?
ОЧ: В это время после Хрущёва немножко опомнилась старая гвардия и стала наводить прежние порядки.
ДМ: Скорее всё-таки, это фестиваль в Новосибирске, где Галич был!
ОЧ: А ещё чешские события 1968-го года – они добили всё остальное.
ДМ: Но всё равно, песня продолжала жить!
ОЧ: Вот Анчарова пригласить была проблема, потому что он сцены боялся, жутким образом совершенно!
ДМ: Ты не помнишь, был ли антракт?
ОЧ: Не помню, по-моему, был.
ДМ: А у кого ленинградцы останавливались?
ОЧ: Не знаю. У друзей. У них была масса знакомых в Москве.
ДМ: Сколько прошло выступающих через Политех, вот этот цикл я имею в виду?
ОЧ: Он шёл до 68-го года. Пока наши уехали в Новосибирск делать фестиваль, я здесь в Политехе пробил концерт Кима. Афиша у меня сохранилась. И Ким должен был выступать 9-го марта. И выступил. И на этом цикл вечеров прекратился. А в мае должен был выступать Окуджава, но его не пропустили.
ЛЧ: А кто печатал афиши?
ОЧ: Общество «Знание»!
ЛЧ: А какая типография была?
ОЧ: Общества «Знание».
ЛЧ: А афиши где вывешивались?
ОЧ: По городу.
ЛЧ: Какие точки, например?
ОЧ: Не знаю. Я в эти вещи никогда не влезал.
ДМ: А Визбор когда-нибудь приглашался на эти вечера?
ОЧ: Нет, Визбор не попал. Как-то не совпало.
ЛЧ: Пригласительные билеты были?
ОЧ: Конечно, были!
ЛЧ: А печатались они одновременно с афишами?
ОЧ: Одновременно.
ЛЧ: А кому эти пригласительные выдавались на руки?
ОЧ: Ну, часть я тащил для друзей.
ЛЧ: Сколько у тебя могло быть билетов на руках?
ОЧ: Ну, где-то максимум 100 билетов. При условии, что в зале 500 мест.
ЛЧ: То есть, 100 мест пропадало за «бесплатно»?
ОЧ: Там, бывало, что давали без места. А билет стоил 50 копеек.
ЛЧ: А продавались билеты где?
ОЧ: В кассе Политеха.
ЛЧ: Широкого распространения не было? Я имею в виду, в театральных кассах, например?
ОЧ: Не знаю. Это всё шло мимо меня. Мне важно было сцену обеспечить.

компиляция из бесед
в период 2009-2010 гг.




А это – все афиши, которые сохранились у Олега Чумаченко. Как видно из его рассказа, они сохранились далеко не все, к сожалению. Кроме того, до сих пор в его архиве так и не найдены упоминаемые выше фотографии, не опознаны до конца участники того вечера, не определены авторства некоторых текстов, которые теперь обнаружены на фонограмме данного концерта. Я вместе с Олегом принял решение позвонить в Политехнический музей с целью разыскать хоть какие-то документы, касающиеся тех лет, но там меня завертели в такую бюрократическую карусель, что я чуть голову не потерял от постоянных «перезвоните такому-то» и «обратитесь лучше к тому-то»! Да к тому же в архиве сразу сказали, чтобы я не надеялся ни на что, так как через какое-то сравнительно небольшое время документы уничтожаются. Хорошо хоть, что нам известны даты и условия поведения этих вечеров, опрошены многие участники и сохранились афиши!

==========

1 Речь идёт о концерте, ранее обозначавшемся как 1979.05.03 Москва п/я у м. «Сокол».
2 Правильно Миляев.

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:09 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
1966.03.13 приложение к устному журналу ''Молодость''

Изображение

1966.04.05 приложение к устному журналу ''Молодость"

Изображение

1968 Центральный лекторий

Изображение

1968.03.09 приложение к устному журналу ''Молодость''

Изображение

1972.02.12 устный журнал ''Молодость''

Изображение

2009.11.02 Д.Е.Межевич, Л.Н. Черняк, О.Г. Чумаченко

Изображение

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:11 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Иванова Людмила Ивановна

Лев Черняк: Сейчас появилась идея написать всё, что можно о концерте в Политехническом музее… помните, наверно?
Людмила Иванова: Да.
ЛЧ: Тем более, что сейчас нам предоставили фотографии всех участников, в том числе и Ваши, конечно! И хотелось бы Вам задать ряд вопросов в связи с этим!
ЛИ: Давайте.
ЛЧ: Скажите, от кого поступило Вам предложение выступить на этом вечере?
ЛИ: А вот я не помню. Сейчас я спрошу мужа. Мы же вместе выступали!
ЛЧ: Да, на фотографии вы вместе.
ЛИ: А у нас даже и нет такой фотографии!
ЛЧ: Это не проблема, теперь они есть!
ЛИ: Ну, замечательно! Может, и мне дадут?
ЛЧ: Да, да, да.
ЛИ: Пойди-ка сюда, Валюш, давай вместе вспоминать! Ты не помнишь, кто нас пригласил в Политехнический музей, вот когда был первый концерт? Ну, он-то вообще ничего не помнит! Я ещё когда-то чего-то помню.
Валерий Миляев: Там был Анчаров.
ЛИ: Там был Анчаров. Но не Анчаров же нас приглашал, наверно?
ЛЧ: Нет, ни в коем случае не Анчаров!
ЛИ: Вспоминай, что там было! Там был Анчаров, там был Городницкий, там был этот самый… счас скажу кто… Глазанов. Мы ещё со всеми ленинградцами тогда познакомились!
ЛЧ: Глазанов, Вы думаете?
ЛИ: Да!
ЛЧ: А, может быть, Клячкин?
ЛИ: Клячкин, может быть, тоже. Они все были, вся ленинградская группа: Кукин, Клячкин, Городницкий и Глазанов. Глазанов обязательно был, потому что мы с ним спорили, кто первый написал похожую песню… у него есть похожая песня на мою «Половинку». Он был точно! А почему он не выступал? Нет, он выступал там! И потом мы поехали на гастроли в Ленинград, и уже там с ними я ходила по гостям и пели по кругу. И из «Современника» в этой компании были только Даль, я и Никулин.
ЛЧ: С «Современником» поехали?
ЛИ: Да. И тогда у нас началась большая дружба с ленинградцами. И каждый раз, приезжая в Ленинград, мы все встречались. Потом они приезжали ко мне, и у меня на кухне тоже круглый стол, и они все тоже пели по кругу – и Саша и Женя. С Глазановым мы вообще дружили семьями.
ЛЧ: А как знакомство состоялось, это после концерта было?
ЛИ: Да, за кулисами просто.
ЛЧ: Как все отпели, да?
ЛИ: Ну, наверно. Я говорила, что мне это понравилось, что я еду в Ленинград, что я их приглашаю там на спектакли – вот так. Городницкий до сих пор бывает у меня на юбилеях.
ЛЧ: То есть, когда у Вас волнение прошло после выступления, да?
ЛИ: Да, наверно, когда я успокоилась.
ЛЧ: Ну, да. Потому что там это очень заметили(1).
ЛИ: Городницкий пел на сцене без аккомпанемента, просто махал себе рукой: «Атланты держат небо…» (подражая голосу Городницкого) Это было очень…
ЛЧ: Он «Атланты» пел?
ЛИ: Да.
ЛЧ: А ещё что он пел, не вспомните?
ЛИ: Нет, не знаю.
ЛЧ: А Туриянского разве Вы не видели там?
ЛИ: Да видела наверно.
ЛЧ: Так он аккомпанировал Городницкому!
ЛИ: Нет, он не аккомпанировал, Городницкий пел без аккомпанемента!
ЛЧ: Хорошо. Ну, тогда я Вам покажу фотографии!
ЛИ: Может быть, это другой концерт, нет?
ЛЧ: Нет, нет, нет, ну что Вы! (смеётся)
ЛИ: Ну, может, ещё что-то? Но что-то он пел без аккомпанемента. Я ещё удивлялась: он так бодро пел и махал себе рукой. Туриянского сейчас не помню. Помню только ленинградцев. А я так волновалась! Меня всю трясло, я так дрожала вся: по-моему, боялась, что я в ноту не попаду в собственной песне!
ЛЧ: А почему Вы волновались? У Вас не было опыта выступления разве?
ЛИ: Не было. У меня было мало песен. А потом – это очень большой зал. Нет, такого большого опыта у меня не было. Это же первые годы моих песен.
ЛЧ: А Дмитрия Межевича помните там?
ЛИ: Нет.
ЛЧ: Вот он вспоминает, действительно, что Вы очень волновались.
ЛИ: Да.
ЛЧ: А что Вы там спели?
ЛИ: Я пела, наверно, три песни. Мне так кажется. Я пела точно «Половинку». А, может, две. Я пела «Улицу Горького» – такая была у меня песня… и «Половинку». Вот эти две я точно пела!
ЛЧ: Под аккомпанемент мужа?
ЛИ: Да. А он ничего не пел своего. А, может, пел? Нет, не знаю. Он, наверно, не вспомнит. Тогда были его знаменитые и «Ёжик», и «Дон Кихот», но, по-моему, пела только я.
ЛЧ: Ну, судя по фотографиям – да. А Вам никогда не доводилось слышать фонограмму этого вечера?
ЛИ: Нет. А у Вас есть такая?
ЛЧ: Пока ищем. Пытаемся найти. Столько рассказов об этом вечере, а записи нет.
ЛИ: Конечно, безумно интересно! Видите, плохо я помню… дико волновалась!
ЛЧ: Вы один раз выступали в Политехническом?
ЛИ: Один раз. То есть, я потом много выступала, и у меня были творческие вечера, но не с бардами.
ЛЧ: А вот такой сборник в Политехническом только единственный раз?
ЛИ: Да! А таких концертов сколько было?
ЛЧ: Я сейчас пытаюсь выяснить, потому что я всё-таки знаю, кто это делал.
ЛИ: Их было очень немного, по-моему, это быстро прикрыли.
ЛЧ: Да, конечно!
ЛИ: Может, их было один или два. Я помню, что была Ада Якушева.
ЛЧ: Да, конечно, была.
ЛИ: А Туриянского тогда не помню. Я потом уже с ним познакомилась.
ЛЧ: Он аккомпаниатор был, не пел ничего.
ЛИ: Ну, не знаю.
ЛЧ: А Вы не помните, не могло ли Вам придти письменное приглашение на дом?
ЛИ: Вряд ли. Ну, не знаю… вряд ли.
ЛЧ: А как тогда, устная договорённость?
ЛИ: Напрочь не помню!
ЛЧ: А знакомо ли Вам такое название «устный журнал «Молодость»»?
ЛИ: Нет.
ЛЧ: Вот как раз в рамках устного журнала «Молодость» этот вечер и проходил.
ЛИ: Может быть.
ЛЧ: А такая фамилия – Олег Чумаченко?
ЛИ: Нет.
ЛЧ: А помните, кто представлял поющих?
ЛИ: Тоже не помню.
ЛЧ: А Аркадий Островский мог?
ЛИ: Думаете? Ну, вряд ли! (вкрадчиво)
ЛЧ: Ну, есть фотографии, он представляет!
ЛИ: Да?
ЛЧ: Да!
ЛИ: Замечательно! Он потом со мной боролся, я на него очень сильно гневалась. Потому что когда я написала песню с Гурченко «Праздник победы», то он выступил по телевидению вместе с группой композиторов и сказали, что это спекуляция на чувствах народа! Я чуть не померла. Я пришла в гости, включили там телевизор, и он в это время это говорил! А эта песня звучала на 1-м фестивале московской эстрадной песни и пела её Маргарита Суворова. Они боролись тогда с непрофессионалами, что мы у них отнимаем хлеб.
ЛЧ: А как Вам помнится, это платное было мероприятие?
ЛИ: Нам не платили, нет.
ЛЧ: Я точно знаю, что конкретно на этом вечере выступление было построено таким образом, что выходил каждый участник и пел песню-визитку.
ЛИ: Ну да.
ЛЧ: Вы такое помните?
ЛИ: Наверно. Нет, не помню.
ЛЧ: А условия выступления с Вами как-то оговаривались заранее?
ЛИ: Нет, никак. Но я не помню. Но что это было бесплатно – это точно! Мы тогда как-то все бесплатно же работали!
ЛЧ: Но Вас же как-то должны были предупредить о времени выступления?
ЛИ: По-моему, две или три песни я должна была петь. По-моему, я пела две.
ЛЧ: А не помните из выступающих Леопольда Шафранского?
ЛИ: Нет.
ЛЧ: А афиша этого вечера не сохранилась у Вас?
ЛИ: Нет афиши. И даже фотографий нет. Хотя, может быть, и есть одна какая-то фотография… но я не знаю, откуда она. Мы так небрежно относились ко всему этому, не понимая, что это вехи времени!
ЛЧ: А Межевич сейчас говорит, что именно этот вечер стал знаковым для всех выступающих.
ЛИ: Да, он знаковый!
ЛЧ: Почему?
ЛИ: Потому что, Вы же видите, какой собран цвет!!! Это был необычный концерт. Я помню, что было жуткое количество народа и мы еле пробились по лестнице! Вся лестница была заполнена.
ЛЧ: А когда Вам стало понятно, что он такой значимый?
ЛИ: Я и тогда понимала, что это что-то потрясающее! А уж потом, когда всё это прикрыли, то тоже понимала и сейчас понимаю. Дело в том, что я с большим уважением отношусь к бардам и считала всегда, что это явление, а у нас есть враги – вот эти композиторы. В частности – этот Островский! Причём, он так боролся со мной: запретили песню!
ЛЧ: А с Высоцким Вы именно там общались?
ЛИ: Там – нет. А он вступал на этом вечере?
ЛЧ: А как же? Да!
ЛИ: Даже совсем не помню1!
ЛЧ: Самым первым.
ЛИ: А я до того, как не выступила, вероятно, так тряслась, что вообще ничего не видела вокруг! Я тогда была начинающим бардом, очень скромным и очень трусливым.
ЛЧ: И Вы там, кстати, почти на всех фотографиях, на фоне каждого выступающего!
ЛИ: (смеётся) Я их, наверно, всех слушала, пока они выступали. Может быть, Вы дадите мне эти фотографии, а?
ЛЧ: Да конечно!
ЛИ: Очень хорошо бы!

компиляция из бесед в период
2009-2010 гг.

После того, как я передал Людмиле Ивановне весь набор фотографий от Геннадия Гущина в электронном виде, я вновь связался с ней, с той целью, чтобы она прокомментировала их. Но, к моему разочарованию, Людмила Ивановна смогла узнать только лишь Анчарова, Берковского и Клячкина, и то – с помощью мужа. В зале, действительно, настолько неудачно было выставлено освещение, что даже до боли знакомые лица выглядят довольно вычурно. Но одну деталь она вспомнила точно: на Якушевой было ярко-жёлтая в горох кофта, так как этот цвет бросался в глаза! Да, очень похоже на то, кстати. Очень примечательно, что через несколько дней, 15-го апреля в театре «Современник» праздновали 10-летие образования театра, и, насколько мне известно, ВВ присутствовал на этом торжестве. И таким образом могли развиваться отношения его с актёрами театра, в том числе и с ЛИ, о чём она, к сожалению, не помнит.
На фонограмме выступления в Политехническом Л. Иванова, кстати, высказала комплимент Высоцкому, как очень интересному для неё автору. Ведь ни кому-нибудь другому, а именно ему! И ещё Людмила Ивановна там же говорит о том, что некто композитор Гальцов собирается выступать во 2-м отделении. Вот откуда могут взяться неопознанные личности на фотографиях с данного концерта.


=================

1 Д.Е. Межевич заметил, как ЛИ сильно волновалась. (см. рассказ Д.Е. Межевича)

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:13 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Шафранский Леопольд Валентинович

Лев Черняк: Я биограф Владимира Семёновича Высоцкого…
Леопольд Шафранский: Так.
ЛЧ: …и хотел бы с Вами поговорить о Вашем участии в одном вечере с ним.
ЛШ: Ну, что… там особо-то нечего и рассказывать.
ЛЧ: У Вас с ним всего одна встреча была?
ЛШ: Да, конечно!
ЛЧ: И никогда больше Вы с ним не встречались?
ЛШ: Нет.
ЛЧ: И даже не видели его издалека и на спектаклях не были?
ЛШ: Нет, нет, нет. Тогда я занимался самодеятельными песнями. Это же было давно, в те годы проводились вечера самодеятельной песни, клуб был такой самодеятельной песни…
ЛЧ: Где этот клуб находился?
ЛШ: Это уже совсем давно… не помню я даже.
ЛЧ: В Москве?
ЛШ: Да, конечно, в Москве. Я только кончил авиационный институт… а поступил в 59-м.
ЛЧ: Вы 42-го года рождения, да?
ЛШ: Да. И это было… я уже даже не помню… я сам пытался вспомнить, кто же меня вывел на этот вечер.
ЛЧ: Так, может быть, Вам позвонили и пригласили?
ЛШ: Я участвовал, когда ещё в институте учился… нет, когда уже кончил.
ЛЧ: А в каком году Вы закончили?
ЛШ: В 65-м. По-моему, в 66-м году в МГУ проводился даже конкурс песни. Там Колесников занял 1-е место с песней «Я смотрю на Москву…» И я тоже в этом конкурсе участвовал.
ЛЧ: Я только что разговаривал с Городницким, и он тоже вспоминал какой-то очень большой вечер в МГУ.
ЛШ: Там компания целая участвовала, поэтому я не очень с организаторами сталкивался.
ЛЧ: В МГУ или в Политехе?
ЛШ: Вообще – и то, и другое. И ведь кто-то меня пригласил!
ЛЧ: Хорошо. А Вам знакома фамилия Чумаченко?
ЛШ: Так… знакома! Но только я уже не помню, как его зовут.
ЛЧ: Олег.
ЛШ: А, точно, точно! Была такая фамилия на слуху.
ЛЧ: Тогда он был молодым инициативным человеком, который, видимо, Вам и позвонил.
ЛШ: Может быть, может быть. Потому что меня просто пригласили, и я на этот вечер съездил.
ЛЧ: А Вы знаете, Чумаченко ведь тоже из МАИ!
ЛШ: Да, да, вот Вы произнесли его фамилию, и я его вспомнил. Единственное, что на том вечере Высоцкий как раз играл на моей гитаре!
ЛЧ: На Вашей? (сильно удивляясь)
ЛШ: Да. Он прилетел с репетиции туда.
ЛЧ: И оказался с пустыми руками?
ЛШ: Да, да, да. Да я тогда даже и не знал его совсем.
ЛЧ: То есть, Вы его не знали в лицо или вообще не знали?
ЛШ: Вообще не знал! В лицо не знал. Песни-то, конечно, какие-то слышали, и пели их сами тоже. И подходит ко мне товарищ и говорит: «Слушай, я вот опоздал, дай гитару сыграть! Дашь?» Я говорю: «Дам!»
ЛЧ: А это он оказался, да?
ЛШ: А это он.
ЛЧ: Это было ещё за кулисами или уже на сцене?
ЛШ: За кулисами. Там комната такая, туда всех пригласили. И уже начали строиться в очередь, чтоб выходить на сцену, и в это время он прибежал. Он вообще опоздал.
ЛЧ: А с кем он был, не помните?
ЛШ: Он один был.
ЛЧ: А парень с ним такой долговязый не пришёл случайно, нет?
ЛШ: Ну… не знаю. То есть, там, знаете, выступление предстояло, волнения всякие, поэтому я там мало смотрел на окружающих.
ЛЧ: А где Вы жили в то время?
ЛШ: В Москве.
ЛЧ: А Вам на дом не приходило официальное приглашение?
ЛШ: Нет, нет. Это точно нет.
ЛЧ: А насчёт оплаты выступления речь не заходила?
ЛШ: Никаких! Ну, что Вы! Это ж было такое… это как это…
ЛЧ: Всё на энтузиазме, да?
ЛШ: Конечно! Конечно!
ЛЧ: А Вы когда-нибудь афишу видели на этот вечер?
ЛШ: Да, она у меня даже где-то есть. Где-то лежит в папочке, в архиве. Она у меня в достаточно нормальном состоянии.
ЛЧ: Есть фотографии с этого концерта, но Вы попали в кадр только один раз(1) почему-то.
ЛШ: Интересно!
ЛЧ: А у Вас фотографий с концерта нет?
ЛШ: Никаких. Что Вы! Это был 66-й год, я ещё жил в Москве, потом ушёл в армию служить на три года офицером, а потом только переехал в Зеленоград.
ЛЧ: А Вы не видели афишу, висящую где-нибудь по Москве?
ЛШ: Афиша висела перед входом в Политех, больше я её нигде не видел. А так, обычно где-то она бывала в других местах, когда, например, были выступления более известных и маститых товарищей.
ЛЧ: Вы лично не помните, где она могла ещё висеть?
ЛШ: Нет, не помню. Я лично не видел.
ЛЧ: А фонограмму этого концерта Вы, конечно же, не слышали никогда?
ЛШ: А я и не подозревал, что она существует!
ЛЧ: Существует, правда, не полностью. По списку песен я Вам зачитаю некоторые строчки. Например: «…человечий ручей, тихий шорох листвы и размах площадей(2)…». Это не Ваша песня случайно?
ЛШ: Да, да, это моя.
ЛЧ: Это Вы поёте?
ЛШ: Да.
ЛЧ: А как звучит начало песни?
ЛШ: «Я люблю шум Москвы, человечий ручей, тихий шорох листвы и размах площадей…»
ЛЧ: Да, теперь всё совпадает. А что Вы ещё спели, не помните?
ЛШ: Ну, я мог петь… у меня была такая песня: «Дождик, дождик, каплями тревожит землю, брызги улетают из-под ног. Отчего всем звукам я с тревогой внемлю, если я в дороге одинок. Дождик, дождик, мокрые стоят деревья, ветками тяжёлыми стуча, словно просят тихо, чтобы их одели платьями нарядными девчат».
ЛЧ: А ещё что Вы могли спеть?
ЛШ: Я сейчас не могу вспомнить. Ну, Вы знаете всех участников?
ЛЧ: В том-то и дело, что по списку мы знаем, а в лицо-то как раз не всех! А Вы занимались в основном написанием стихов или песен?
ЛШ: Нет, песен. Я сейчас член союза писателей Москвы.
ЛЧ: Я об этом не знал ничего. А кого ещё помните из выступающих?
ЛШ: Нет, я лично ни с кем не знаком из них.
ЛЧ: То есть, Вы пришли совершенно в одиночестве?
ЛШ: Совершенно в одиночестве!
ЛЧ: И с собой никого не взяли?
ЛШ: Нет, ну, друзья-то были как слушатели.
ЛЧ: А они прошли вместе с Вами?
ЛШ: Я знаю, что они без меня проходили – это точно. Я один пришёл. Я опаздывал.
ЛЧ: Они прошли за деньги?
ЛШ: Может быть. А мы, участники, проходили, по-моему, даже через другой какой-то вход.
ЛЧ: Сколько Ваших друзей пришло?
ЛШ: Человека 3, наверно. В институте я с ними учился, в хоре пел с ними.
ЛЧ: А сколько Вы песен спели?
ЛШ: Не знаю, не помню… две или три, наверное. У меня были такие, которые пользовались популярностью, среди друзей по крайней мере.
ЛЧ: А Вы помните, что вам был предложен такой порядок: спеть сначала визитку – одну песню, а потом уже выйти и в общем порядке спеть всё остальное?
ЛШ: Нет, это я уже не помню. Я очень волновался перед выступлением… всё пролетело… вот я запомнил Высоцкого только потому, что когда я его увидел, когда он поёт… и запел он этого самого, по-моему, «конькобежца на длинные дистанции» он пел…
ЛЧ: Правильно!
ЛШ: Да! И вдруг я понял, что это он! Вот только после этого. Да, ещё не рассказал интересное. Он гитару взял мою, и, значит, с ней выступал. А он выступал, по-моему, передо мной. Потому что когда он мне её вернул, я смотрю – а там… он играл так: 7-ю струну он отпускал как тряпочку…
ЛЧ: Разве?
ЛШ: …и играл на гитаре. Она там у него бултыхалась, рычала чего-то… и я взял гитару: «Да ёлки-палки! А как же я играть-то буду?» То есть, пришлось её подстраивать потом. Это я помню.
ЛЧ: Это сидя на сцене Вы обнаружили такое, да?
ЛШ: Да, да, да! И он подстроил под себя. И я испугался.
ЛЧ: А Вы помните, Вы рядом с Высоцким сели?
ЛШ: Нет, нет, нет. По-моему, нет. Потому что у меня такое ощущение, что он был чуть в стороне.
ЛЧ: А как же Вы так гитару упустили?
ЛШ: Что значит «упустили»? Мы с ним в прихожей договорились, и когда его объявили, он у меня взял и выступил.
ЛЧ: Он при Вас перестраивал гитару?
ЛШ: Я не видел. Он мог это сделать по пути к микрофону.
ЛЧ: Ну, да, перестраивать её было не нужно, только опустить 7-ю струну.
ЛШ: Да, да, да.
ЛЧ: А потом Вы ему претензии предъявили?
ЛШ: Нет, конечно.
ЛЧ: Ну, как… испортил Вам настроение!
ЛШ: Ну, господи боже мой! Это всё чепуха. Я просто внутри себя подумал: «Вот ёлки-палки!..» Но я успел её подтянуть.
ЛЧ: А гитару только он брал у Вас или кто-то ещё, может быть?
ЛШ: Нет, нет, только он. Я говорю, в этом предбанничке, слева от сцены, там такая комнатка, и в ней мы собирались тогда. И в последний момент он подошёл ко мне и спросил: «Слушай, одолжишь сыграть? У тебя семиструнка?» Я говорю: «Да!» «Ну, давай!»
ЛЧ: А семиструнки у всех были.
ЛШ: Нет, нет, и шестиструнки были тогда уже!
ЛЧ: Они были, но из выступающих здесь ни у кого шестиструнки нет!
ЛШ: Ну, не знаю. Во всяком случае тогда были. Он меня спросил семиструнку! Я говорю: «Ну, да! Конечно! А чего там…»
ЛЧ: И это был Ваш единственный контакт с ним?
ЛШ: Единственный раз было.
ЛЧ: И он Вам гитару вернул прямо на сцене?
ЛШ: Да, да, да.
ЛЧ: На фотографиях у него гитара не полностью видна, а у Вас – более полный вид. Но вроде бы она! (сравнивая фото) Сейчас ещё по кружочку сравню… Да, Ваша гитара, действительно, это правда!
ЛШ: И вот я это запомнил, и потом, когда меня спрашивали, я говорю: «Вот – на моей гитаре Высоцкий играл!»
ЛЧ: А она у Вас цела?
ЛШ: Нет, увы, увы: на неё сели. Причём, она у меня долго существовала. А потом – друзья собирались, и сели на неё и в щепки раздавили!
ЛЧ: А кто Вам ещё запомнился из выступающих?
ЛШ: Городницкий чего-то пел, мы-то знали его песни! Кукин, по-моему, там был… ну, из таких, из известных вроде бы и всё. Остальные были менее известны.
ЛЧ: А кто что пел, Вы не помните?
ЛШ: Нет, конечно.
ЛЧ: А Володю Баганова знали Вы?
ЛШ: Фамилия знакомая, но я не помню его.
ЛЧ: Ну, он был в этом вечере.
ЛШ: Я понимаю, я помню его по афишке.
ЛЧ: Он под пианино пел.
ЛШ: Его песни меньше знали.
ЛЧ: А какое-то ещё общение между участниками концерта помните?
ЛШ: Нет, никакого.
ЛЧ: А ведущего помните?
ЛШ: Ну, там, по-моему, Островский?
ЛЧ: Да, Островский!
ЛШ: Но я его совершенно не помню.
ЛЧ: Но его выступление было с эксцессами! Его несколько раз прогоняли, а он не уходил. Смешно очень было.
ЛШ: Это я не помню. Видимо, из-за нервного напряжения, которое ослабляет память малость.
ЛЧ: А антракт не помните Вы?
ЛШ: Тоже не помню. Я спел… и я даже не помню, как мы выходили, чего делалось… помню Высоцкого, я его со спины увидел – так красиво, он был в чёрной футболке, и прожектора на него светят, и такой белый ореол со спины, и вокруг чёрный зал. И он на этом фоне белым контуром. Вот это запомнилось почему-то, не знаю. А больше, в общем-то и ничего.
ЛЧ: А Вы не помните, что Высоцкий раньше всех убежал?
ЛШ: Нет, не помню.
ЛЧ: А Вы с концерта ушли вместе со всеми?
ЛШ: Я думаю, что я ушёл со своими друзьями.
ЛЧ: Раньше окончания или позже?
ЛШ: Наверное, до конца сидели.
ЛЧ: И Вы просидели на сцене, видимо, на своём стульчике?
ЛШ: Да, нас посадили кругом на сцене всех, и по очереди выходили и пели.
ЛЧ: А Туриянского помните там?
ЛШ: Песни его помню; но я не помню, что он там пел.
ЛЧ: А он там не пел. Он аккомпанировал Городницкому.
ЛШ: А-а-а!
ЛЧ: Не обратили Вы внимание?
ЛШ: Нет, не обратил. Трудно мне сказать что-либо на эту тему.
ЛЧ: Вы больше не участвовали в таких мероприятиях?
ЛШ: Это произошло в 66-м году… это было где-то в апреле, по-моему, да?
ЛЧ: Да.
ЛШ: А потом я перебрался в Зеленоград работать в 68-м году. И настолько всё забросил, что больше уже ни с кем не встречался. Может, и приглашали где-то когда-то… я уже и не помню… но я уже не участвовал.
ЛЧ: Некоторые участники этого сборника заявляют, что этот концерт для них был самым знаковым! А Вы как думаете, для Вас каким он был?
ЛШ: Вы знаете, как-то получилось так, что после него у меня ничего не произошло. До него – где-то выступали. Он для меня прошёл без последствий.
ЛЧ: Людмилу Иванову помните?
ЛШ: Позже я узнал, что это актриса, и я её по телевизору-то видел. А тогда я её даже и не запомнил.
ЛЧ: А Анчарова?
ЛШ: Анчаровские песни, конечно, мы знали. Он пел какую-то балладу, я забыл, какую.
ЛЧ: «Парашютисты» он пел. «Тихо капает вода…» – это из фильма.
ЛШ: Да, да, да. Это блестящая песня. Мы её тоже пели всегда.
ЛЧ: Потом – о циркаче, «Губы девочка мажет…»
ЛШ: Эта меньше известна была.
ЛЧ: Потом об органисте он спел.
ЛШ: Да, тоже знакомая баллада.
ЛЧ: Потом «МАЗы» он спел и про десант – одна из самых известных.
ЛШ: А вот это я не помню.
ЛЧ: «Парашюты надулись и приняли вес, и земля всколыхнулась слегка…»
ЛШ: Слова знакомые. Мы её не пели, поэтому я её не запомнил.
ЛЧ: Межевич был. Вы не знали его?
ЛШ: Тоже не знал. Нет, не знаком я с ним.
ЛЧ: Потом – гости из Ленинграда: Клячкин, Кукин, Городницкий.
ЛШ: Клячкин, Кукин, Городницкий, да, да!
ЛЧ: И потом все пошли опять почти в том же порядке, Высоцкий первый… Кстати, Высоцкий Вам не говорил, что спешит, опаздывает куда-то?
ЛШ: Нет, это я не помню. Он сказал, что он с репетиции прибежал, поэтому у него инструмента нет. Вот это он сказал.
ЛЧ: А он не сказал, откуда с репетиции?
ЛШ: Нет, нет.
ЛЧ: Там было две возможности выступить: стоя и сидя. Вот Вы стоя пели, да?
ЛШ: В общем, да, потому как так спокойнее.
ЛЧ: Да?
ЛШ: Знаете, как коленки дрожат от волнения, когда сидишь!
ЛЧ: А вот Анчаров и Межевич выбрали сидячий вариант всё-таки.
ЛШ: Ну, Анчаров, он товарищ крупный, насколько я помню…
ЛЧ: Естественно!
ЛШ: Может, ему просто тяжело было долго стоять?
ЛЧ: Значит, Вы с участниками не контактировали никак?
ЛШ: Нет, увы, увы. Хотя со многими встречался: и с Якушевой, и с Колесниковым вот на таких каких-то вечерах.
ЛЧ: И Якушева была, кстати!
ЛШ: Я её в этом вечере не помню.
ЛЧ: Берковский был.
ЛШ: Да, Берковский был – это понятно.
ЛЧ: Вы его помните, да?
ЛШ: Ну, мы ж незнакомы были! А так ведь – не поговорили, ничего же не было.
ЛЧ: То есть, у Вас словесный контакт только с Высоцким получился?
ЛШ: На этом вечере – да.


компиляция из бесед
июнь 2010 г.


========================
1 Как выясняется, далеко не один раз. Здесь я с выводами поторопился.
2 Я перечислил для ЛШ все неизвестные песни по списку концерта, но здесь привёл только одну, так как именно его ЛШ опознал, а все остальные принадлежат другим авторам.

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:14 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Туриянский Владимир Львович

Лев Черняк: Нам известно, что Вы принимали участие в одном из сборных концертов в Политехническом музее в качестве аккомпаниатора Городницкого.
Владимир Туриянский: Это было бог знает когда! Да, один раз я ему аккомпанировал в Политехническом музее.
ЛЧ: Один раз в Политехническом музее или один раз вообще?
ВТ: По-моему, всего один раз вообще.
ЛЧ: А Вы не помните, что Вы были дома у Высоцкого и там ещё раз ему аккомпанировали?
ВТ: Нет, не помню. У Высоцкого я был дома, помню. А что там был Городницкий – не помню.
ЛЧ: Людмила Абрамова мне говорила, что Вы аккомпанировали Городницкому и что Высоцкий вместе с ним пел его песни!
ВТ: Убейте меня, я не помню! Я помню только одно, что Высоцкий тогда не пил, был в завязе. А я выпивал.
ЛЧ: А Ваше присутствие дома у Высоцкого как-нибудь связано с этим временем или с Политехом?
ВТ: Никак! Он меня просто приглашал в гости, да и всё. Я ходил в театр на Таганке. У меня там Дима Межевич был приятель, работал там. И потом у меня были концерты вместе с Высоцким в Ленинграде, и с Кукиным… я не помню… нас трое было(1) ВТ путает, третьим был В.К. Сачковский..
ЛЧ: Кто Вас пригласил на выступление в Политехнический музей?
ВТ: Не знаю. Это такая ерунда, что в памяти не задержалось.
ЛЧ: Мог и Городницкий, мог и Чумаченко пригласить?
ВТ: Ну, не знаю. У Городницкого не было аккомпаниатора, и я ему говорю: «Ну, давай я тебе саккомпанирую!»
ЛЧ: Очень странно, потому что ему аккомпанировал всегда Клячкин, но Клячкин был в этом концерте тоже!
ВТ: Ну, вот я не знаю, ничего не могу сказать.
ЛЧ: А Вы не помните, могло ли Вам придти официальное приглашение на дом от Политехнического?
ВТ: Нет, не приходило, по-моему. Всё это было изустно.
ЛЧ: А афиша у Вас не сохранилась, случайно?
ВТ: Нет, не сохранилась.
ЛЧ: А не помните ли Вы вот эти афиши политеховские, висящие по Москве?
ВТ: Нет, конечно, не помню. Я не обращал внимания.
ЛЧ: А сам концерт Вам запомнился?
ВТ: Да нет. Я сам-то там, по-моему, и не пел.
ЛЧ: Да, Вы там не пели, это так.
ВТ: Ну, и поэтому мне ничего и не запомнилось. Я только вышел с Городницким, саккомпанировал ему, и всё.
ЛЧ: А Баганова Вы знаете?
ВТ: Так это же бард известный! А так я его не очень знаю.
ЛЧ: Было ли какое-то общение между участниками концерта?
ВТ: Не помню. По-моему, не было. Во всяком случае, у меня не было.
ЛЧ: А с Высоцким Вы не там познакомились?
ВТ: Нет, с Высоцким я раньше познакомился. Или позже… я не помню уже.
ЛЧ: А Городницкий говорит, что якобы Высоцкий после этого концерта пригласил Вас с ним в театр!
ВТ: В театр, может быть, и пригласил.
ЛЧ: А Вы не помните, что этот вечер вёл Островский?
ВТ: Композитор?
ЛЧ: Да, композитор.
ВТ: Нет, конечно, я не помню. Меня, видимо, там не очень-то принимали за какую-то величину, поэтому я был в стороне и не лез никуда.
ЛЧ: Из этого концерта есть очень странная фотография: Вы аккомпанируете, Городницкий поёт и сзади Клячкин что-то подпевает! Вы не можете предположить, что это могло быть?
ВТ: Не знаю. Такие подробности у меня не сохранились. Такие мелочи я не помню. Это был такой незначительный эпизод!
ЛЧ: Этот вечер для Вас ничем не примечателен?
ВТ: Нет, конечно! Просто я помню, как я аккомпанировал с листа Городницкому. Я не знаю, почему Клячкин не мог… но Городницкому непросто аккомпанировать, он сложно поёт.
ЛЧ: Была какая-то репетиция?
ВТ: Я не готовился заранее, мы прямо там, на концерте прорепетировали несколько раз, и всё. По-моему, это было так.

беседа по телефону
13.06.2010

===========================
1 ВТ путает, третьим был В.К. Сачковский.

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:16 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
За 18 лет моего знакомства с Александром Городницким я, как это ни странно, ни разу не заводил с ним разговоров об этом концерте. Почему так произошло – для меня загадка.

Городницкий Александр Моисеевич

Лев Черняк: Вы не помните, кто конкретно Вас пригласил на выступление в Политехническом музее?
Александр Городницкий: Скорей всего Чумаченко.
ЛЧ: Не могло ли Вам придти официальное приглашение на дом?
АМ: Нет, ничего не приходило. По-моему, это было как-то устно. Я собирался в командировку в Москву, и это заранее было обговорено.
ЛЧ: То есть, командировка совпала с этим приглашением?
АМ: Совершено верно!
ЛЧ: Это Вы хорошо помните, да?
АМ: Да. Это было совершенно случайно. Я ездил не специально, а именно так.
ЛЧ: А Клячкин и Кукин вместе с Вами поехали?
АМ: Нет, они были отдельно.
ЛЧ: Они поехали отдельно, и, видимо, им оплата дороги шла по линии Политеха?
АМ: Ничего сказать не могу. Я попал в Политехнический музей абсолютно случайно: мне устно сказали, что вот такое дело, не хочешь ли принять участие, и я согласился.
ЛЧ: То есть, Вам звонил, видимо, Олег, да?
АМ: Скорей всего. Я уж не помню.
ЛЧ: И Вам оплата дороги не шла?
АМ: Нет.
ЛЧ: Но понимаете, афиша-то была изготовлена заранее, и Вы туда были уже вписаны!
АМ: Если честно, я не помню.
ЛЧ: Где была Иванова, с которой Вы там познакомились.
АМ: Я не помню.
ЛЧ: А афиша у Вас не сохранилась, видимо, да?
АМ: Конечно, нет! У меня её и не было.
ЛЧ: И Вы не знаете, висела она по Москве?
АМ: Я впервые от Вас услышал, что моя фамилия была в афише!
ЛЧ: Да, афиша есть. А фотографии с этого концерта у Вас не появились?
АМ: Нет, и не было.
ЛЧ: Вы когда-нибудь слышали фонограмму этого концерта?
АМ: Нет.
ЛЧ: А кого Вы помните из выступающих?
АМ: Ну, Высоцкого я помню, потому что я с ним познакомился.
ЛЧ: Нет, познакомились Вы раньше, конечно!
АМ: У меня был какой-то альманах интересных встреч в Политехническом музее в 65-м или 66-м году, куда я попал случайно.
ЛЧ: В 66-м.
АМ: Никаких других вечеров в Политехническом музее я не помню.
ЛЧ: Вёл вечер Аркадий Островский.
АМ: Абсолютно ничего не помню, кроме разговора с Высоцким.
ЛЧ: А разговор какой был?
АМ: Ну, я с ним познакомился тогда.
ЛЧ: Ну, это то, что у Вас описано в книге, примерно так, да?
АМ: Да, то, что в книге.
ЛЧ: А Вы помните, что был такой принцип – каждый пел сначала одну песню, как заявку?
АМ: Не помню ничего решительно! Абсолютно ничего!
ЛЧ: И то, что Вы лично пели – тоже не помните?
АМ: Абсолютно не помню.
ЛЧ: А не помните ли общение между участниками этого концерта?
АМ: Вообще ничего! У меня как-то полностью это вылетело!
ЛЧ: Но Иванова Людмила утверждает, что Вы с ней познакомились именно там!
АМ: С Людмилой Ивановой я познакомился не там, а когда театр «Современник» приехал в Ленинград.
ЛЧ: Вот оно как?
АМ: Ну, так мне кажется. Но, может, она лучше помнит? А, может, она и права. Но я ничего не помню.
ЛЧ: Многие говорят, и она в том числе, что этот концерт был знаковым.
АМ: Ну, я не знаю.
ЛЧ: Такой был могучий сборник, которого больше не было никогда.
АМ: Я бы не сказал. В университете был очень интересный концерт в 67-м, что ли, году, в котором был и Анчаров, и Клячкин, и все на свете были! Это был главный концерт за эти годы. И там штук 100 магнитофонов, шум был, скандал, пресса. Этот концерт имел гораздо больший резонанс, чем концерт в Политехническом музее.
ЛЧ: А в 66-м году Вы могли приезжать в Москву в командировку, скажем, на неделю и жить здесь неделю-две?
АМ: Конечно.
ЛЧ: А Вы жили в гостинице?
АМ: Нет, я жил у родственников.
ЛЧ: А, понятно! То есть, у Вас всегда было где остановиться?
АМ: Да, да, да.
ЛЧ: А в это время Клячкин и Кукин где могли жить, не знаете Вы?
АМ: Я не знаю. Я знаю, что они приезжали вдвоём, действительно, где-то выступали вместе. А где они жили – я не знаю.
ЛЧ: А Глазанов с Вами ездил в Москву на выступления?
АМ: Глазанов ездил со мной не только в Москву. Мы тогда были в большой дружбе. И, кстати, Глазанов меня познакомил с театром «Современник». Он как раз исторически дружил с Людмилой Ивановой, с Никулиным. Он меня с ними и познакомил.
ЛЧ: А вот в этом случае Вам почему-то аккомпанировал Туриянский, хотя рядом был Клячкин! Почему так случилось?
АМ: Не знаю. Туриянский, действительно, аккомпанировал мне пару раз в Москве, а почему и как – я не очень помню.
ЛЧ: И там есть очень любопытный кадр: Вы поёте, Вам аккомпанирует Туриянский, а сзади стоит Клячкин и, видимо, что-то подпевает. Что он мог Вам подпевать?
АМ: Ха-ха! Не знаю. Надо у Туриянского спросить. Я даже не помню, что я там пел.

беседа по телефону
02.06.2010

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:17 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Глазанов Валентин Евгеньевич

Лев Черняк: Я биограф Высоцкого и сейчас делаю работу по концерту в Политехническом музее, на котором Вы, видимо, были. Это апрель 66-го года.
Валентин Глазанов: Да. Высоцкого там не было.
ЛЧ: Не было? (удивлённо)
ВГ: Нет!
ЛЧ: А кто был?
ВГ: И Галича не было, и Высоцкого не было, и Визбора не было. Был Берковский, Никитин, Иванова, Туриянский и т.д.
ЛЧ: А Туриянский был в каком качестве, кстати?
ВГ: Он сам играл, по-моему, и пел, и ещё аккомпанировал Городницкому. И из Ленинграда были: Городницкий, Кукин и Клячкин.
ЛЧ: Вот видите, то, что Вы перечисляете – совпадает с общим списком, и поэтому на этом концерте Высоцкий был!
ВГ: Не было!
ЛЧ: А Вы выступали в нём?
ВГ: Нет. Но я был в зале.
ЛЧ: Вы пришли сами или кто-то Вас привёл?
ВГ: Городницкий меня привёл. Я приехал специально на этот концерт. Я знал, что будет концерт. У нас в клубе «Восток» в этот вечер выступала Ада Якушева, и она сказала, что завтра у нас в Политехническом музее будут выступать Галич, Высоцкий и так далее. И ребята наши: Кукин, Клячкин и Городницкий ехали выступать на концерт, а я к ним прицепился. Сидел в зале.
ЛЧ: Скажите, а Крыжановский не мог с вами поехать?
ВГ: Крыжановского не было.
ЛЧ: А с Высоцким вообще Вы сталкивались когда-нибудь?
ВГ: Я с ним сталкивался, когда он приезжал к нам в «Восток» и выступал там. Мы с ним за кулисами поздоровались – всё!
ЛЧ: Это был опять же сборный концерт?
ВГ: Нет, это был его сольный концерт. Точнее, в первом отделении выступал Вихорев, а во втором выступал Высоцкий.
ЛЧ: Да, такой концерт был!
ВГ: Это то, что вошло в фильм «Срочно требуется песня».
ЛЧ: Это Ваше единственное с ним соприкосновение было, да?
ВГ: Да.
ЛЧ: И больше нигде Вы его не видели даже?
ВГ: Нет. Ну, я видел его: он приезжал в Ленинград и второй раз выступал в «Востоке». Я был на концерте. Но общаться с ним не общался.

беседа по телефону
05.07.2010

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения: Re: Концерт в Политехническом музее 05.04.1966.
СообщениеДобавлено: 17 окт 2013, 14:19 
Не в сети

Зарегистрирован: 20 окт 2012, 06:43
Сообщений: 3581
Кукин Юрий Алексеевич

Лев Черняк: Ваше знакомство с Высоцким где состоялось? Как это было?
Юрий Кукин: Не было специального знакомства. Я познакомился с ним в Политехническом музее в Москве на том концерте, который был единственным, большущий концерт. Год не помню. Мы с ним вместе выступали на этом концерте. И мы все ждали начала концерта. Высоцкий пришёл с каким-то парнем и сказал, что он торопится и будет выступать первым. Сказал, что ему надо на репетицию. И спел всего три песни.
ЛЧ: 5.
ЮК: Нет, три, по-моему. Он спел «про бегуна на длинную дистанцию», «на первый-второй» и какую-то ещё…
ЛЧ: «Нейтральную полосу» он спел.
ЮК: Скорей всего, да.
ЛЧ: «Братские могилы» он пел.
ЮК: Насчёт «Братских могил» не помню.
ЛЧ: Столько лет прошло, а Вы помните! Он самый первый выступил?
ЮК: Да, самый первый. Быстро спел и ушёл. А я помню, что эту песню «Десять тысяч…» я начал петь, перепутывая слова. Ну, познакомились: я сказал, что я Кукин, он сказал, что он Высоцкий. Я сказал, что я его песни знаю, он сказал: «Я твои песни слышал – «За туманом…», и так далее. На этом наше знакомство закончилось.
ЛЧ: А Высоцкий Вам что-нибудь говорил насчёт того, что Вы пели его песни?
ЮК: Их все пели. У меня своих было штук 10. Ну, надо чего-то петь! И я Визбора пел, Клячкина, Галича, ну, и Высоцкого тоже. А я только что слышал «про бегуна» в Политехе. Но я не понял сразу, как её петь, я пел её быстро, потому что мне петь врастяжку неудобно. Я её запомнил на раз. Я умел имитировать Высоцкого.

г. С-Петербург пр-кт Ветеранов
(дома у Ю.А. Кукина)
01.03.1995


Я очень хотел продолжить разговор с Ю. Кукиным в 2010-м году, но… не смог с ним связаться, хоть у меня и было на руках аж целых три его телефона! А тогда я не был углублён в тему Политеха, и поэтому, как видите, информация очень скудная.

_________________
Мы откроем нашим чадам правду - им не всё равно...


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 73 ]  На страницу 1, 2, 3, 4, 5 ... 8  След.

Часовой пояс: UTC + 3 часа



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Вы можете создать форум бесплатно PHPBB3 на Getbb.Ru, Также возможно сделать готовый форум PHPBB2 на Mybb2.ru
Русская поддержка phpBB